Рыцарь справедливости

Меня зовут Виктория Федоровна, мать Ирины.

– А почему вы решили, что я пришел к вам по поводу Ирины?

– У вас есть дети? – Взгляд у матери Ирины был колючим, а манеры властными. Задавая вопрос, она слегка наклонилась вперед, словно нависая над сыщиком. – Есть дочь-подросток? Можете не отвечать, если бы была, то не задавали бы такие вопросы. – Женщина резко отступила и прошла на кухню. – И по какому поводу визит?

Гуров объяснил ситуацию, стараясь уклончиво отвечать на вопросы женщины, но та волновалась все сильнее, так как оперативник отказывался говорить подробности дела, по которому приехал.

– Я могу поговорить с Ириной, в вашем присутствии, разумеется?

– Да что она натворила? Вы мне обязаны сказать! Я как мать должна знать, она несовершеннолетняя.

– Я снова повторяю, не могу вам раскрыть тайну следствия. Мне необходимо поговорить с вашей дочерью в рамках расследования серии автомобильного вандализма. Мы также должны пригласить педагога, по закону я могу беседовать с подростком только в присутствии законного представителя и педагога.

Как вариант, может быть, мы могли бы дойти до школы, если Ирина сейчас на занятиях.

– Серии вандализма?! – взвизгнула женщина. – Так, выходит, это просто бред какой-то. Моя дочь претендует на золотую медаль, она олимпиадница, а вы пришли и рассказываете мне, что Ира занимается вандализмом. Уходите, я не хочу ничего слышать!

– Вам все равно придется дать показания, мне не хотелось бы вас беспокоить и…

– Уходите, – шея у женщины пошла багровыми пятнами.

 – Немедленно убирайтесь! Любые вопросы только в присутствии моего юриста, мы приличная семья, а не какие-то алкаши. Моя дочь не болтается по улицам и не состоит на учете. Разговор окончен!

От такого напора и возмущения Гуров решил, что лучше пока распрощаться, пускай теперь семья Птицыных дает показания, прибыв к следователю по повестке.

Он решил, что теперь стоит посетить школу, где администрация более сговорчива и более дружелюбно относится к представителям закона.

И будет правильнее сейчас начать общение с другой ученицей, Марией Тарасенко, раз уж мать Птицыной так яростно настаивает на присутствии при беседе личного юриста.

В школе было шумно, занятия закончились, и дети покидали здание, однако у 11-го «Г» класса был еще один урок. Лев Иванович отвык от детских криков, суеты и беготни по коридорам.