Смерть на взлетной полосе (сборник)

Как следователи догадались, что флэшка была испорчена? Уж, наверное, не потому, что в компьютер ее вставляли, вытащив из корзины для мусора. Абсолютно ясно, что «испорченность» эта была очевидной и бросалась в глаза. Наверняка этот кусочек памяти либо разломали, либо раздавили, либо расщепили и расчленили, причем так, чтобы о том, что хранится в недрах этой памяти, никто уже не смог узнать».

Теперь причины внезапной перемены в настроении Иванникова можно было объяснить. Хотя бы в виде гипотезы.

По утверждениям жены, на работу в тот день Иванников отправился в прекрасном расположении духа.

А сослуживцы, посетившие его кабинет через очень небольшое время, уже нашли его выбитым из колеи.

Один этот факт сразу делал несостоятельными все попытки объяснить самоубийство Иванникова «глубокими личными переживаниями». Если бы они были, то, конечно, не укрылись бы от внимания супруги.

Очевидно, что неприятный и неожиданный сюрприз, так резко изменивший настрой командира части, произошел уже на работе.

И весьма вероятно, что испорченная флэшка имеет к этому изменению самое непосредственное отношение.

Нерешенные вопросы оставались, но тем не менее многое в ситуации для Гурова прояснилось. Ему стало понятно, почему так беспокоился Сырников. Флэшка – прямой путь к «невидимым врагам», спровоцировавшим самоубийство. А если верить материалам дела, на нее не только не обратили должного внимания, но даже не потрудились к этим материалам приобщить.

Что здесь сыграло решающую роль – обычная невнимательность или преступная халатность, – по-видимому, так и останется тайной за семью печатями.

Несомненно одно – задним числом, по-видимому, уже после того, как уборщица освободила корзину от мусора, озарение все же снизошло в чью-то голову. Но время было упущено.

Возможно, специалисты смогли бы восстановить содержание карты памяти, даже испорченной, но к тому моменту в наличии уже не имелось самой карты.

«Поэтому он и трясется, – с усмешкой думал полковник, вспоминая волнение Сырникова.

 – Шутка ли – главную улику профукали. Но, по большому счету, дела это не меняет. Страстно желать испортить репутацию новому командиру мог только один человек из всей части – командир бывший».

Поняв, что его предположения о косвенной причастности Курбанского к смерти Иванникова подтверждаются, Гуров подумал, что неплохо было бы выяснить, на чем могли подловить новоприбывшего командира.