Старая рана

Орлов еще пару секунд помолчал, что-то прикидывая, а потом загадочно произнес:

– А пойдемте ко мне в кабинет. Там и побеседуем.

– О как! Секретность, значит! – подмигнул Гурову Крячко. – Петр Николаич, сразу предупреждаем: если речь идет об операции по уничтожению ИГИЛ – это не к нам!

– Стас, тебе не надоело кривляться? – грустно поинтересовался Орлов. – Шестой десяток ведь разменял…

– Во-во! Лева меня уже сегодня попрекал возрастом! – кивнул Крячко.

Но Орлов уже шел к двери.

– Ну вот, не успеваешь отдохнуть от одной работы, другая наваливается, – притворно вздохнул Станислав, поднимаясь с места. – Да и еще, скорее всего, чрезвычайно сложное дело, которое требует немедленного начала!

– Петр, подожди! – окликнул Гуров. – Хотя бы вкратце обрисуй ситуацию, чтобы мы знали, к чему готовиться.

– Да ничего такого страшного, расслабьтесь, – пожал плечами Орлов. – Просто пришел ко мне один человек… Шапочный знакомец, по сути.

Но персона важная! У его дочери какие-то проблемы, вот просит помочь разобраться.

– И все? – присвистнул Крячко. – Да это мы в пять секунд разрулим! А дочка у него симпатичная?

– Двое взрослых детей, – ответил Орлов. – Скоро внуки будут.

– Ух ты! – Лицо Крячко вытянулось. – Такая старая? Что ж там за знакомец у тебя? Однополчанин по Куликовской битве, что ли?

– Это у тебя, Станислав, двое взрослых детей, – пояснил Орлов. – И внуки не за горами.

Так что ты больше о работе думай, а не о молодухах!

– Принято считать, что в нашем возрасте о душе надо думать, Петр, а ты мне все работу сватаешь, – посмеиваясь, говорил на ходу Крячко, идя за Орловым.

Гуров вышел последним и запер кабинет на ключ. Пока они поднимались на третий этаж, где располагался кабинет генерал-лейтенанта, он уточнил:

– Ну, а все же, Петр? Что за человек хотя бы? Род занятий?

– Виктор Борисович Берестов, – сообщил Орлов.

 – Начальник отдела Департамента городского имущества.

Скрип тяжелой двери в приемную заглушил длинный посвист Крячко…

Все трое прошли мимо бессменной секретарши Орлова, обаятельной Верочки, за обитую кожей дверь. В кабинете, в кресле напротив стола Орлова, сидел плотный лысоватый мужчина лет пятидесяти. Из-за намечающейся на макушке лысины и выпирающего из-под тугого ремня серых брюк брюшка он казался старше своих лет.