Водитель моего мужа

Он успел когда-то завернуть рукава до локтей, оголив предплечья. И мой взгляд предательски скользит по его тугим мышцам. Они играют под загорелой кожей и уводят мой взгляд ниже – к жилистым запястьям. На левом поблескивает стальной хронометр, который ловит блики городских огней и развлекает меня игрой отражений.

Но суть в другом. Дорогущий хронометр. На руке водителя. Это же смешно…

Павел вообще умеет одеваться, чем понравился мне в первый же день. Мягкие и спокойные тона, он выглядит без капли агрессии и желания что-то доказать.

Выделиться из толпы. Хотя это у него не выходит, ведь спортивный силуэт и уверенный взгляд делают из него самый настоящий магнит для женского внимания.

Я не исключение и иногда откровенно любуюсь им, когда знаю, что он не видит. Напряженный городской трафик очень этому помогает. Пока он занят перестроениями в переполненном автопотоке, я могу успеть бросить несколько взглядов в его сторону.

– Что не так с большими городами? – Он разворачивается ко мне, оставляя открыточный вид за широкой спиной.

– Наш немногим меньше… Слишком много шума, людей. Разговоров.

– Мне замолчать?

– Нет… Ты исключение.

– Я из маленького городка. – Он подходит к столику и ставит на него бутылку шампанского и бокалы. – Хотя вы знаете.

– Да?

– Уверен, вы читали мое досье. – И он пожимает плечами, угадывая мой следующий вопрос. – Не знаю почему… Может, потому, что узнавал о вас.

Я отворачиваюсь, потому что не хочу говорить о себе. И я вдруг замечаю, что мы общаемся странным образом: я обращаюсь к нему на «ты», а он держится привычного “вы”.

– Ты сказал, что получал ранения. Я читала об этом. Оба раза в левое плечо.

– Мое слабое место.

Паша усмехается и постукивает костяшкой указательного пальца, ненадолго проваливаясь в нахлынувшие воспоминания.

– Не представляю, каково это…

Он не дает мне договорить и делает резкий шаг в мою сторону. За мгновение оказывается передо мной и опускается вниз, вычитая свой высокий рост к черту.

Я теперь смотрю на него сверху и вижу, как заостряются его правильные черты из-за фонарика, который подвешен над окном.

– Зачем нам говорить о моих ранениях? – серьезно спрашивает он и упирается крепкими ладонями в лавку.

Он почти касается моих бедер пальцами, которые так близко, что мне не стоит шевелиться. Но от его жара не спрятаться и не сжаться так, чтобы ничего не чувствовать. Он повсюду и постепенно забирается под мою шелковую блузку.