Эльфийский тангенс

Или это была ненависть? А, может, обида, что Хока продвинули по службе, а Сетвика нет? Или Хок взял на себя руководство компанией, потому что победил его в бою?

Алдари мало что знала об эльфийских обычаях и о компаниях наемников. Она могла только догадываться о причине такой враждебности, и это заставляло ее тревожиться. Ведь тот, кто испытывает такое отвращение к своему капитану, может легко предать его. Или покинуть компанию в ответственный момент.

– Безбилетник, ваше величество. – Хок поклонился Отцу.

– Иди домой, Ротлар, – сказал отец. – У тебя сейчас начнутся уроки.

– Я хотел увидеть мир, – прошептал Роти, разглядывая ботинки отца вместо того, чтобы смотреть ему в глаза.

– Увидишь, когда станешь старше.

Роти мрачно покачал головой.

Алдари не могла припомнить, когда отец отдыхал, не говоря уже о путешествии в другую страну, и потому прекрасно понимала чувства младшего брата, попавшего в ловушку судьбы. Но что они могли сделать? Такова была их жизнь – жизнь членов королевской семьи.

В ней были определенные преимущества, которыми наслаждались немногие в королевстве, поэтому им не следует жаловаться. Но временами было трудно не чувствовать горечь, что они не могут сами выбирать, что делать и чем заниматься в этой жизни.

– Попрощайся с сестрой и иди найди своего учителя, – велел отец.

Потянувшись к Алдари, Роти намеревался ограничиться кратким объятием, но Алдари обвила его руками, изо всех сил прижала к себе и никак не могла отпустить, потому что тоска по дому вернулась с новой силой.

Роти терпел объятия дольше, чем обычно, но затем начал извиваться и вырываться.

– Алди… я не могу дышать.

– Прости, – она заставила себя отпустить его. – Веди себя хорошо, пока меня нет. Не забывай повторять таблицу умножения. Сколько будет семью восемь?

Роти закатил глаза так сильно, что было удивительно, как они не провалились внутрь черепа.

– Пятьдесят шесть. Сколько будет сто семь на девятьсот восемь? – он покосился на нее, но в голосе прозвучал вызов.

– Девяносто семь тысяч сто пятьдесят шесть, – сухо ответила она. – Правильно?

– Не знаю, – признал он.

Алдари вытащила из-за уха карандаш, а из кармана маленькую записную книжку.

– Зачем ты берешь с собой эти штучки для расчетов? – спросил Роти.

– Потому что математика важна. – И Алдари сунула ему в руку блокнот и карандаш. – Если я ошиблась и ты сможешь это доказать, я дам тебе «эльфийское ушко».