Мятежная королева

Похоже, ее ответ его убедил, потому что Джарен не стал спорить и молча двинулся следом за Кивой, пока та не остановилась перед входом в ближайшее здание.

– Я решила, что первым делом мы сходим в место, которое станет потом для тебя последним.

Джарен одарил ее недоуменным взглядом, и Кива, кивнув в сторону темного дверного проема, закончила:

– Добро пожаловать в морг.

Глава пятая

Кива провела Джарена в глубь холодного каменного здания, наморщившись от едкого запаха, который пропитал все от стен до полов.

На маленьком рабочем столе в дальнем конце квадратной комнаты курились благовония, но они не перебивали запах смерти – тошнотворную вонь испорченного мяса и прокисшего молока.

В середине комнаты виднелся водосток, а окружавшие его камни были покрыты красно-коричневыми пятнами. Узников Залиндова редко бальзамировали – такой чести обычно удостаивались только выходцы из состоятельных семей, родственникам которых позволялось забрать тела после смерти. Въевшийся запах тимьяна, розмарина и лаванды щекотал Киве ноздри, но судя по тому, что среди них не чувствовалось запаха вина, тут давно уже никого не бальзамировали.

Вокруг водостока на равном расстоянии друг от друга расположились каменные плиты, но несмотря на то, что трупов на них сейчас не было, смрад стоял такой, будто комнату под завязку забили телами. Служивший в морге заключенный, Мот, давно его не чувствовал, а вот надзиратели не выносили царившей здесь вони и редко задерживались на дежурстве надолго.

– Вечерочка, Кива, – поздоровался из-за стола Мот – сгорбленный мужчина с редкими седыми волосами. – Помочь тебе чем?

Кива услышала, как рядом с ней Джарен прошептал ее имя, и мысленно вздохнула.

– Надо забрать двоих из лазарета, – ответила Кива старику.

В Залиндове Мот сидел относительно недолго, всего восемнадцать месяцев. Для каторжных работ он был уже слишком стар, поэтому его сперва распределили в лазарет, однако смерть его зачаровывала настолько, что он и там больше мешал, чем помогал.

Не единожды пациенты с простейшими недугами умирали в его смену. Дошло до того, что Кива в первый – и единственный – раз попросила смотрителя перевести заключенного куда-нибудь еще. Это оказалось только к лучшему: до приезда в Залиндов Мот работал аптекарем и, перейдя из лазарета в морг, за считанные месяцы стал его заведующим. Он даже благодарил Киву за то, что она вмешалась, говорил, что в морге снова чувствует себя как дома.