Мятежная королева

Он говорил без эмоций и, похоже, не искал ни жалости, ни сочувствия, так что Кива не стала его жалеть.

– Садись. – Она подошла к шкафу за нужным инструментом.

Джарен со слабым стоном опустился на ближайшую металлическую кушетку, и хотя Кива никак этого не показала, внутри у нее все дрогнуло. Она знала, как много тоннельщикам приходилось работать. Удивительно, что Джарен не пришел к ней раньше за болеутоляющими и противовоспалительными. Или хотя бы за средством для расслабления мышц – оно бы ему точно пригодилось, особенно в первые дни, пока он еще не привык к работе.

– Есть какие-нибудь жалобы? – спросила Кива, подойдя к нему. – Зуд, отеки, покраснения?

Джарен изумленно усмехнулся:

– Если тебя это так волнует, могла бы и пораньше меня проведать.

– Я тебе не мамочка, – отрезала Кива. – Здесь каждый сам в ответе за свое здоровье.

– Говорю же, умеешь найти подход к пациентам, – пробормотал Джарен себе под нос.

Кива притворилась, что ничего не услышала, и потянулась к левой руке Джарена.

Кожа у него была грязная: судя по всему, он пришел в лазарет прямо из тоннелей, как только закончилась смена. Грязь и сажа покрывали Джарена с ног до головы – точь-в-точь как в самый первый его день в Залиндове, только на этот раз без крови.

– Эта рана зажила хорошо, – осмотрела Кива вырезанную метку. Рана успела зарубцеваться, а на одном из полукругов корка уже отошла и виднелась розоватая кожа.

Кива перевернула руку Джарена ладонью вверх и поморщилась при виде кровавых волдырей и стертых мозолей.

– Миленько, скажи? – произнес Джарен. – Некоторые надзиратели думают, будто мы под землей без дела болтаемся, и вот это – мое неопровержимое доказательство обратного. – Он пошевелил пальцами.

Кива провела по его ладони губкой, вымоченной в соленой воде, и он тихо выругался от боли.

– Следи, чтобы на ладони никакая грязь не попадала, а то инфекцию подхватишь, – велела Кива, безжалостно оттирая сажу.

– Ты не хуже меня знаешь, что это невозможно, – парировал Джарен.

Кива не стала спорить.

Оттерев его руки и смазав их толстым слоем сока баллико, она скомандовала:

– Снимай рубаху и ложись.

– Я, конечно, польщен, но мы едва знакомы.

Кива бросила на Джарена резкий взгляд. Его усталое лицо было все в пыли, но голубо-золотые глаза светились.

Наклонившись, Кива прошипела:

– Ты либо ведешь себя как серьезный человек, либо идешь на все четыре стороны, – она указала на дверь. – Уверена, Типп с радостью поможет тебе снять швы.