Сын банкира

– Слушай, я тебе сразу не сказал, а ты, видимо, не подумал о таком варианте – пусть парни залезут в Интернет, включат поиск материала по конкретному имени. Я, конечно, не думаю, что там имеется сайт Кулькофф-точка-ру. Но, скорее всего, шансы есть, и неплохие, особенно если он засветился в прессе за последние дни.

– Лева, – в голосе Петра звучала бездна укоризны, – ну вот как после этого считать тебя ответственным человеком? Что ж сразу-то про эти технические штучки-дрючки не поставил в известность? А мы там людей над газетами парим целый день! Ладно, сейчас позвоню им, скажу про Интернет.

Надеюсь, он есть в библиотеке.

Закончив разговор с генералом Орловым, Лев разочарованно развел руками.

– Все, как говорил Косой, «кина не будет». Номер «Ауди» оказался липовым. Скорее всего, выехав из пансионата, Дергачев поставил свои настоящие номера, и теперь его найти будет не очень просто. Давай-ка опять зайдем к директору, посмотрим личное дело физкультурника. Может, там есть зацепки. Должен же он был о себе рассказать хоть что-то реальное?

Эксперт упаковал мокасин в полиэтиленовый пакет, опера сели в «Волгу» и поехали обратно к пансионату.

Поскольку Пират залезать в кабину, переполненную людьми, не захотел, Князев пошел обратно пешим ходом. Когда Гуров и Крячко вновь возникли на пороге кабинета Цирюльского, тот испуганно дернулся, как ужаленный осой.

– Ради бога, только не говорите, что нашли бездыханное тело мальчика!.. – умоляюще проговорил он, вновь начиная утирать обильные капли пота на лбу и лысине.

 – Я этого не переживу…

– Успокойтесь. – Гуров невозмутимо прошел к столу и сел в кресло. – Мы нашли всего лишь следы какой-то легковой машины на лесной дороге и в траве неподалеку от нее мокасин, скорее всего специально оставленный Алексом. Думаю, он сейчас жив, но находится в руках похитителей. А мы хотели бы увидеть вот что. Найдите-ка нам личное дело Дергачева. Вдруг там что-нибудь обнаружится?

– Сейчас, сейчас… – несказанно обрадованный директор поспешил к большому, неуклюжему сейфу, выпущенному скорее всего еще во времена освоения Магнитки.

Открыв его ключом, ничуть не меньшим, чем тот, что незабвенная черепаха Тортилла подарила проказнику Буратино, Цирюльский начал поспешно перебирать скрытый в его недрах штабель из папок и скоросшивателей, как ультрасовременных, с пластиковыми файлами, так и ветхозаветных образцов.

Постепенно его движения начали замедляться, а сам он вдруг налился багрово-свекольной краской.