Таежная полиция

– И как тебя узнают? – зловещим шепотом, от которого обеим девушкам стало страшно, спросил Гуров.

– Никак, она сказала, что в купе придет человек, на одиннадцатое место…

Не сговариваясь, Алина и сыщик уставились на Татьяну, которая с перепуганным лицом сидела именно на одиннадцатом месте. Потом, так же не сговариваясь, оба посмотрели на кейс, топорщившийся рядом с Татьяной под одеялом.

– Так, приехали, – обреченно пробормотал Гуров.

– Ах да! – схватила Алина Гурова за руку. – Тот, кто придет, должен сказать что-то про хирурга.

Я забыла точно. То ли для хирурга просили передать, то ли от хирурга…

– О-хо-хо, – в глубокой задумчивости сказал Гуров. – Во что же ты вляпалась, девочка…

Сыщик смотрел на руки Татьяны, которые нервно мяли носовой платок. Как там мужик из четвертого купе в прошлый раз сказал? Руки как у хирурга? И все в купе таращился, и за ножом приходил… А ведь не всегда самое очевидное – самое правильное. Опыт сыщика подсказывал, что все гораздо сложнее, чем видится на первый взгляд.

Внимание человека из соседнего купе вряд ли связано с пропажей кейса.

За многие и многие годы работы оперативником уголовного розыска Гурову очень часто приходилось самому делать то, что обычно поручалось специализированным подразделениям. Лично устраивать слежку за нужным человеком, негласно добывать сведения, да и избавляться от слежки ему приходилось ох как часто. Много чего пришлось пережить и испытать Льву Ивановичу, прежде чем он дослужился до полковника.

И глаз у него был наметан, и в кое-каких вещах специалистом он стал отличнейшим. И интуиция обострилась до такой степени, что порой сам воспринимал свои догадки как нечто мистическое. Опыт, его не пропьешь!

Гуров стал вспоминать все, что бросалось ему в глаза за эти два дня в вагоне поезда. Многое он пропустил мимо, считая лишь особенностью поведения людей среди множества незнакомых попутчиков. Но теперь он взглянул на это уже иначе. Много раз в жизни сыщика бывали ситуации, когда за ним устраивали слежку.

И он ее всегда ощущал, улавливал. И в вагоне, как он теперь понял, за их купе тоже наблюдали. Сыщик успевал замечать характерные быстрые взгляды, которым он не придавал вначале значения. И если разобраться, то в курилке, на перронах, во время коротких остановок поезда, в вагоне-ресторане соседствовали почти одни и те же люди. Мужик из четвертого купе, девушка из девятого и два мужика из восьмого. Эти точно, но могли быть и другие.