Непокорная жена

– Надеюсь, я не обидел вас своим замечанием по поводу обстановки отцовской спальни, – произнес Кристо, проследовав за ней и остановившись у огромного окна в комнате.

Он действительно не хотел ее задеть. Кристо обещал себе воздерживаться от уничижительных заклинаний в ее сторону. Особенно сейчас, когда становилось очевидным, что ее положение в качестве любовницы отца было незавидным и не принесло ей никакой выгоды. Что было и неудивительно, поскольку Гаэтано всегда славился своей скупостью и любовью к деньгам.

После каждого развода ему удавалось отсудить часть имущества у бывших жен, хотя в каждом случае именно женщины были пострадавшей стороной. Эта тайная любовница отца до сих пор работала экономкой и носила безвкусную дешевую одежду.

– Вы меня нисколько не обидели. Я не выбирала эту мебель. Около десяти лет назад ваш отец нанял дизайнера, который и занимался оформлением комнаты, – объяснила Бэль.

Наблюдая, как девушка надевает наволочки на подушки, Кристо рассматривал соблазнительные изгибы ее точеной фигуры.

Затем его внимание переключилось на ее изящный профиль – выразительные брови, аккуратный нос, чувственные алые губы.

Его тело отреагировало на ее привлекательность, загоревшись запретным вожделением. Мужчина тут же отвернулся от нее, выругав себя за то, что позволил смотреть на любовницу отца как на сексуальный объект. Но, в конце концов, она была одета в такую вызывающую одежду, которая не скрывала ее достоинств и распаляла интерес, а он был мужчиной.

Бэль посмотрела на Кристо искоса из-под своих густых ресниц. Его отстраненность, холодность и чувство превосходства над другими напомнили ей о Гаэтано, который практически не признавал существования старшей дочери своей любовницы в редкие случаи их встреч. Неожиданно она пожалела, что решила выдать себя за экономку, потому что почувствовала себя ничтожеством, человеком второго сорта. Бэль резко схватила полотенца и отправилась с ними в ванную комнату.

Но, к сожалению, образ Кристо Равелли не покидал ее. Эти пронзительные черные глаза, сексапильность, которую невозможно было отрицать, привлекательная харизматичность… Она почувствовала, как ее соски твердеют, упираясь в кружево бюстгальтера, а по низу живота растекается густое и горячее желание. Бэль не на шутку была встревожена этим. Но это было очевидно: он привлекал ее, разбудив в ней низменное первобытное возбуждение. Ее тянуло к нему.