Трудно украсть бога

– Ага, то есть Сергей этот какое-то время находился в квартире наедине с дедом, который в тот момент был под действием лекарств?

– Именно так, – почему-то торжественно произнесла Валентина Михайловна.

– А вы мне не подскажете, как я могу с ним поговорить?

– Да когда дома, тогда и сможете. Только он по сменам работает. Не знаю где, но трудно сказать, когда он дома… Можно позвонить и выяснить. У него 78-я квартира. Человек не очень молодой, но не семейный. Так всегда ведет себя прилично, ничего плохого сказать не могу.

– Я ничего плохого пока и не жду от вас, – снова улыбнулся Гуров. Рвение Валентины Михайловны его начинало забавлять, судя по всему, она обрадовалась, когда вопросы полковника ушли от темы, которую она сама не хотела трогать. – Лучше расскажите, что было дальше, до того как вы закрыли квартиру.

– Они вынесли Макара Ивановича, – принялась перечислять соседка. – Я спустилась вместе с ними и, честно говоря, как сейчас припоминаю, не закрыла в тот момент за собой дверь. И не подумала, что это важно… Мне казалось, что нужно проводить старика, может, он бы чего попросил… А потом мы все вернулись.

Они по своим квартирам разошлись, а я пошла к деду. Выключила везде свет, проверила все и закрыла дверь. Вот и все.

– А когда вы все проверяли, не заметили, была ли на месте икона?

– Честно говоря, нет. Я же не вещи проверяла, а газ, воду, свет, чтобы чего не приключилось, пока хозяина дома нет. Кто же знал, что он уже не вернется…

– Ну, спасибо вам, Валентина Михайловна, – искренне поблагодарил полковник.

 – Вы мне очень помогли. Теперь постараюсь навестить вашего Сергея из 78-й квартиры. Может, и он чем поможет.

Гуров легко поднялся и направился к двери. Выходя из квартиры, он заметил примостившегося в темном углу субъекта весьма характерной наружности. Такие деградирующие личности есть почти в каждом многоквартирном доме, а то и не в одном экземпляре.

Повинуясь невнятному инстинкту, Гуров замедлил шаги и успел заметить краем глаза, что субъект направился прямиком к еще не закрывшейся двери Валентины Михайловны.

К его удивлению, та не захлопнула дверь, а принялась сдавленным шепотом что-то втолковывать алкоголику, опасливо озираясь на лестничный пролет, по которому поднимался полковник. Это было интересно, и он не собирался упускать из вида это неожиданное обстоятельство, хотя оно, возможно, и не имеет никакого отношения к его нынешнему делу.

78-я квартира оказалась на верхнем, пятом этаже.