Духи пустыни

И понимаю, почему ты решил, что моя подопечная – беглая рабыня. Её гордость уязвлена и уже очень давно. И когда ты своим поведением показываешь это, она не может не реагировать.

– Чепуха! Она бы не спаслась от сельджуков, если бы шла в середине каравана. Значит, шла в самом конце вместе с другими оборванцами и успела сбежать. И могла подцепить проказу, тем самым поставив всех в крепости под угрозу! Поэтому она должна покинуть Аш-Альдеб как можно скорее. Раз ты подкинул задачу, так пусть твой светлый ум и решит её.

Мне не хватает только проблем с беглыми рабами и прокажёнными!

– Мессир, она сказала, что не голодна, – сообщила Сафия и застыла в нерешительности. Слуги уже начали вносить блюда в зал.

– Хорошо. Ступай.

Когда Сафия удалилась на кухню, Адриан, бросив предостерегающий взгляд на Филиппа, направился по лестнице на второй этаж. Гнев вместе с головной болью грозился излиться наружу и, видит бог, под руку попадётся девчонка, с которой и так хватало хлопот. Да, кухарка сказала, что кожа гостьи чистая, без язв и пятен, но Адриан помнил прежнего короля Иерусалима, сражённого тяжёлым недугом ещё в детстве.

Его лицо, напоминавшее «львиную маску», исчезающий нос и слабые, слепнущие глаза…

Он застал Мелину в прежней позе, сидящей возле окна. В этот момент она показалась ему безжизненной тряпичной куклой, которую хотелось взять за шиворот и хорошенько встряхнуть. Видел, как свет от масляной лампы озарял её подбородок, шею и острые ключицы, видневшиеся из-за ворота платья, явно ей не по размеру.

Смотрел на пышные кудрявые волосы, напоминающие нимб на иконах святых. Тонкие запястья рук, обхвативших предплечья. Рассматривая Мелину, Адриан почувствовал жалость – она была совершенно одинокой, как и он. Ощутив очередную волну головной боли, он отмахнулся от этих мыслей. В пустыне каждый сам за себя!

– Ты ела? – наконец спросил он.

Она покачала головой, делая вид, что рассматривает зажигающиеся над равниной звёзды. Посвежевший ветер шевелил пушистые локоны возле её висков.

– Пока ты здесь, лучше делать, что тебе говорят. Если хочешь покинуть Аш-Альдеб и убраться восвояси, то спускайся к ужину.

Она повернулась к нему и в её широко распахнутых глазах явственно читалась печаль. Пристально посмотрев на него, тихо произнесла:

– Я не голодна.

– Тебе всё равно придётся спуститься, хочешь ты этого или нет. Мы хотим послушать твою историю.

– Мне нечего вам рассказать.

– Нет? Я так не думаю.