Небесная собака. Спасение души несчастного. Том 1

Рассматривая новоотпечатанные и прибывшие с Востока книги – все части «Небес и небожителей», – он сосредоточенно распределял тома цвета небесной цин[20 - В Китае цвет цин ассоциируется с весной и востоком. Оттенки могут варьироваться от синего до зеленого и черного.] по какому-то понятному только ему порядку. Подобные занятия так затягивали наставника, что он часто забывал о прошлых делах. В точности, как сейчас: гребень, которым он хотел расчесать волосы так и остался лежать на полу. Все издания раскладывались на первый взгляд хаотично, сам же Го Бохай, задумчиво терзая губу, уже решил: именно в такой последовательности его ученик примется изучать новое.

Звук внезапно отворившейся, как от сильного порыва ветра, двери застал его врасплох.

– Учитель!

Не спросив дозволения, У Чан ворвался в комнату, и поток слов обрушился на растерянного Го Бохая:

– Учитель, я прочитал… прочитал о чистилище! Почему вы сказали, что мне еще рано? С пристанищем душ связано много интересного! Например, два стража, которые охраняют его.

 – Охваченный восторгом, он пал перед наставником и гордо положил маленькую книгу на стопку томов. – Оба были созданы из чего-то единого, олицетворяют собой противоположные энергии инь и ян, но при этом сосуществуют в мире и гармонии! Ни боги, ни демоны не в силах на них повлиять.

Увлеченно рассказывая, У Чан похлопал рукой по стопке книг, которые в тот же миг рассыпались.

– У Чан! – отодвинув руку ученика, возмутился Го Бохай.

 – Ты ворвался ко мне в столь поздний час только ради этого? Ты не задумывался, вдруг наставник готовится ко сну? Не таким манерам я тебя учил…

Строгое замечание вернуло ученика на землю, заставив ощутить стыд, он отодвинулся назад и склонил голову, показав предательски покрасневшие уши.

Го Бохай был вынужден снова собирать тома в нужном порядке. Пребывая в молчании, он принялся за дело, и через время взгляд мужчины приметил замарашку, принесенную учеником.

– Я же просил тебя не отвлекаться!

– Извините…

С протяжным вздохом отложив в сторону стопку книг, Го Бохай взялся ее листать – такой жест обрадовал У Чана, и, словно щенок, виляющий от счастья хвостом, он придвинулся обратно и принялся наблюдать.

То, что У Чан называл книгой, больше походило на десяток сшитых между собой страниц, вдобавок не отпечатанных, а исписанных человеком мягкой руки: слова были неаккуратно накарябаны.