На перекрёстке трех миров. Книга 1. Хранительница

– В остальных селениях все спокойно?

Хмыкнув кривой улыбкой, начальник отряда сказал:

– Так-то Хранительница уберегла. Но в одном селении странное что-то произошло. На небе светит солнце, а над ними туча чёрная, залила все. Потоп у них, в общем. Старший матерится, говорит девка проклятье с собой принесла. Что за девка, спрашиваю? С виду приличная, говорят, с леви?ром пришла. Во врут, да? А тут, говорят, каба?р влез. Девка, мол, всех забрала и ушла. А тут наказание такое. Придумают же такое! – хмыкнул он.

Игнат Петрович широко улыбнулся, посмотрев на меня:

– Кликни своих.

Пусть глянут.

Я привстала и крикнула:

– Хил, Мелкий. Идите ко мне.

Я оглядывалась, пытаясь угадать с какой стороны они придут. Хил показался со стороны леса и неспешной походкой, глазами контролируя ситуацию, шёл в мою сторону. Мелкий выскочил из-за угла дома и с детской щенячьей беспечностью мчался на всех лапах, открыв пасть и вывалив язык. Картина, конечно, жутковатая для посторонних лиц. Создавалось впечатление, что он срочно мчится кого-то сожрать.

Мелкий, практически добежав до меня, начал тормозить лапами. Зацепился задней и кувыркнулся, задев деревянную культю Игната Петровича, приземлившись на зад, широко выставив передние лапы.

Игнат Петрович, не удержавшись на одной ноге, как подкошенный свалился на спину. А уж матерился как, любо-дорого послушать. Как будто дома оказалась на рынке в воскресный день.

Я улыбалась, смотря на всю картину: отряд мужиков с открытыми ртами и круглыми глазами, Игната Петровича на четвереньках и моих подопечных, крутивших головами с умильными мордами.

– А что? Мы ничего – словно говорили они.

Звери подошли ко мне и встали с двух сторон. Я потрепала их по холке. Мелкий ростом доставал до моих колен. Быстро растет что-то. А что я хотела? В дикой природе нужно все делать быстро.

– Так это ты в селении была? – командир окинул взглядом моих зверей.

Я кивнула головой:

– Я. И никого я не проклинала. Тихо – мирно забрала, да ушла – обиженно сказала я.

Игнат Петрович наконец-то встал на ноги, бормоча:

– Ага, тихо – мирно. Одного спасла, другого, и в пекло полезла. Тихо – мирно она ходит.

Потом громогласно засмеялся, хлопнув меня по плечу:

– Молодец, землячка. Знай наших – тряхнув кулаком в воздухе.

– Нравишься ты мне! Давайте, братцы, отдыхайте, мойтесь и к нам трапезничать.

Время было послеобеденное, я отправила детей отдохнуть, а сама решила прогуляться с животными. Они радостно бежали рядом.