Что мы пожираем

Он переоделся; теперь вместо черного пальто на нем было белое, какие носили осененные. На спине у него был красный знак, такой же, какой был вырезан у него на груди. Эти знаки были пережитком того времени, когда боги еще не ушли. Они показывали, какую магию может творить осененный, и не давали пользоваться ее другими видами.

Суверен была связана Жизнью и Смертью. Она была вынуждена служить своему народу как целительница и могильщица. Мы с ней уже были так похожи, что я едва могла это терпеть.

– Можно войти? – спросил наследник.

– Могу ли я вам отказать? – сказала я, выдвигая стул из-под стола. – Ваше величество.

– Влиятельному человеку важно установить четкие границы. Мой отец никогда этого не делал, – он вошел в комнату и положил пальто на мою кровать. На нем не было знаков. Из сумки, висящей у него на плече, наследник вытащил толстую стопку бумаг. – По этому образцу я составляю все свои контракты.

Чем ближе он подходил, тем больше злился мой благотворец. По ощущениям у меня как будто заложило уши от того, что я слишком много времени провела под водой.

– Этим правилам вас научил ваш отец? – спросила я, пытаясь не обращать внимания на ярость своего благотворца.

– В каком-то смысле, – наследник поправил очки. – Это в Болотах ты научилась использовать творцев без контрактов?

– А со своим грехотворцем вы обращаетесь так же, как и ведете беседы? А как же равноценный обмен информацией, как при сделках с нашими творцами? – спросила я.

– Не бывает такой вещи как «равноценный обмен», особенно когда речь заходит об осененных и об их творцах, – фыркнул наследник.

 – Творцы не разумны. Они не делают выводов, они не осознают. Они подчиняются.

Творцам была нужна не равноценная действию жертва. Они всегда требовали большего. Чтобы уничтожить жизнь, грехотворцу будет мало одной жизни. Банально было говорить, что творцы подчиняются, когда именно они решали, какой будет жертва.

– Я имела в виду – не в прямом смысле, – вздохнула я. – Мои творцы знают, что я им доверяю.

Они могут понять, что мне от них нужно. Возможно, ваш так не может и ему нужны длинные контракты, потому что он знает, что вы ему не доверяете. Мы с моими творцами понимаем друг друга.

Если умру я, умрут и они.

– Они не могут знать, чего ты хочешь, – сказал наследник.

– То, чего мы хотим, не всегда совпадает с тем, что нам нужно, – я стояла, положив руки на спинку стоящего между нами стула, но он не садился. – Мы выживаем.