Клык. Хвост. Луна. Том I

– А в одном из завернутых ковров, случайно, не обнаружили ли вы необычных предметов? Скажем, замерзших насмерть людей, например? – размеренно спросила Цейла, не подавая взволнованного вида.

– Моя госпожа, все ковры были раскрыты и выстелены на снегу – свернутых не было.

Цейла, едва заметно, выдохнула через нос и в расслабленной позе упала на спинку стула.

– Хорошо, Рубек. Забудь об этом разговоре, – произнесла она и сердито смерила взглядом своего собеседника напротив.

Северянин с застывшим лицом глубоко кивнул.

– Расскажи лучше, как там нынче на Юге? Нет проблем с пропуском на границах? Я надеюсь, вы исправно платите нашим заинтересованным друзьям.

– Работаем, как и прежде, госпожа Цейла. Проблем с транспортировкой товара пока нет, но… – Рубек выдержал глубокую паузу и тяжело вздохнул.

– Не томи, Рубек. Что «но»? – сорвалась на грубоватый тон Цейла Гойл.

– Я слышал от членов артеля Южных торговцев, что король Унри находится в весьма болезненном состоянии. Все прославленные лекари из соседних королевств бьются за его жизнь. Поговаривают, что к этому делу подключили даже бродячих чернокнижников и алхимиков из Бронзовой Цитадели. Но, пока, все безуспешно.

– Если это действительно так, и король Унри Светоступ покинет нас, то торговый союз между Станокой и Раусом будет под угрозой, – произнесла Цейла, задумчиво уставившись в одну из карт на столе.

– Как бы грустно это не звучало, но это так, моя госпожа, – неутешительно обозначил Рубек. – На юного принца надежды тоже нет. Если король Унри не избавится от своего недуга, то после коронации его единственного наследника совет Рауса вдохнет полной грудью. Канцлеры, представители духовенства и высшей аристократии раздерут мальчишку на части как стая ободранных бродячих волков.

Рубек перекрутил в голове последние слова, необдуманно высказанные госпоже Цейле. Его сердце забилось в два раза чаще. Ступни обратились в камень, язык начал постепенно высыхать. Кадык во второй раз за беседу нервно проскакал вдоль горла.

Цейла Гойл величественно поднялась со стула, отбрасывая бесконечную тень на всю длину стола и закрывая ею побледневшее лицо Рубека.