Опасный дом

Глава 2

– Входи, Регги, входи!

– Здравствуй, дядя.

– Ну что, нашлась?

– Дай сначала раздеться!

– Прости, просто я…

– Нет, не нашлась. Денег тоже нет.

– А я думал… Вроде бы слышал, что нашелся дом и…

– Ложный след. Элай нам соврал, дядя. Непохоже, что можно вернуться и спросить его снова.

– Но вы говорили…

– Я помню, что мы говорили. А сейчас мотай на ус: мы промахнулись.

– Очень жаль. Значит, я напрасно надеялся. В прошлый раз я слышал про твердую уверенность. Просто я разочарован.

Если хочешь, можешь выпить кофе.

– Спасибо.

– Я по-прежнему ценю все, что вы для меня делаете.

– Да ладно, дядя.

– Серьезно. Знаю, я утомляю тебя своими разговорами, но это правда. Кроме тебя, у меня никого нет. Ты мне как родной ребенок, которого у меня никогда не было, Регги.

– Помни, я больше не ребенок.

– Да, ребенок вырос. Вырос быстро и рано.

– У меня не было выбора. Хороший кофе!

– Жаль, что мы не могли быть вместе раньше.

– Мне никогда не приходило в голову осуждать тебя.

Посмотри, разве ты замечаешь во мне какую-то зацикленность? Ну, как? А ведь все это произошло именно со мной! Если я смогу двигаться дальше, то и ты сумеешь.

– Для меня это трудновато.

– Ты живешь в прошлом. Вот в чем твоя проблема, дядя. Из-за этого и возникают они в последнее время! У тебя не получается осознать правду.

– Просто я надеялся, что она нашлась.

– Я не опускаю руки.

– Вижу по твоему лицу, что надежды больше нет. Ты думаешь, что все это глупости.

Считаешь, что это не имеет значения.

– Неправда. Слушай, я догадываюсь, почему тебе это так важно, почему тебе так важна она. А ты важен для меня. Ты, дядя, один из двух людей, кто мне небезразличен.

– Знаешь, что я никак не пойму в тебе?

– Что же?

– Ты понимаешь людей, умеешь читать их мысли, разбираешься в чувствах, видишь насквозь, но в тебе нет… не найду правильного слова…

– Любви?

– Нет, я другое хотел сказать.

– Сочувствия?

– Вот-вот, его самого.

– Это потому, что я тебя люблю, дядя.

Очень люблю. Но сочувствие? Кажется, я понимаю, что заставляет людей шевелиться. Знаю их нутро. Мне нужно знать их эмоции. Нужно знать, когда им страшно. Мне необходимо чувствовать их страх, но у меня нет к ним зла. Иначе у меня бы ничего не получалось.

– Мне бы хотелось быть таким, как ты. К этому чертову Элаю я испытывал именно сочувствие. Он казался мне потерянным ребенком – то есть никаким ребенком он уже не был, ему было года двадцать два.