В пепел

Можно не морочиться с переодеваниями.

– Это недолго. – Упрямо поджал тот губы.

Лаис закатила глаза, но согласилась:

– Надеюсь, и недалеко?

– Нет. Но… к сожалению, из-за соседей по квартире я не смогу пригласить вас к себе. Зато рядом есть кофейня с прекрасными эклерами. Вы не против подождать меня там?

– Интересно, – вдруг хихикнул мальчишка, – как ты объясняешь любовь к пирожным тем своим соседям? Сколько вас там?

– Шестеро, – ровно ответил Ретен. – И эклеры любят почти все.

– Повезло, ага, – откликнулся Пепел.

 – Ладно, пошли уж, нарядим тебя. Главное, про кружева не забудь – чтобы… э-э… соответствовать.

Эклеры в кофейне оказались и в самом деле выше всяких похвал. Даже Лаис, не особо любившая выпечку, отдала им должное, что уж говорить про Пепла. Но, запихнув в себя пятое по счету пирожное, тот, наконец, угомонился и захотел информации – пользуясь отсутствием Ретена, попытался выведать, что и почему случилось между ними утром.

– Угу, – недовольно откликнулась она, – так я и кинулась рассказывать.

Особенно тебе. Ты, Дари, научился слишком прицельно плевать в душу и стучать в трепетное, чтобы сойти за подружку.

– О! А у тебя все еще есть трепетное? Я думал, там только с некромантом.

– Отстань! И прекращай совать нос куда не просят, пока тебе его не оторвали и не засунули тебе же в…

– Н-да… – демонстративно сморщил тот нос и покачал головой. – И кто-то тут о трепетном еще рассуждает. С таким-то языком. Все Ретену расскажу!

И тут же ткнул пальцем в окно.

– Вон, идет уже. Вырядился как… Ладно, что с вас взять. С обоих.

Лаис промолчала, пристально провожая взглядом и в самом деле щегольски одетого охранника, шагавшего к двери, и… вдруг заметила, что делает это не одна. Симпатичная рыженькая подавальщица, что обслуживала их столик, тоже не отводила глаз от окна. А как только ресс перешагнул порог заведения, сразу ринулась к входу, дважды как бы невзначай пересекая ему путь. Тот вежливо раскланялся, что-то сказал девушке, отчего та расцвела улыбкой, но, как только она отвернулась, почти незаметно поморщился.

Пепел, тоже ничего не пропустивший из этой пантомимы, выступил в своем репертуаре, едва Ретен устроился напротив за их столиком:

– Не понял, а чего ты тогда такой вздрюченный ходишь, если у тебя тут успокоительное прямо под боком бегает, только руку протяни?

– Дари! – попытался в корне пресечь это ресс, но мальчишку было не остановить.