За милых дам! Весёлые байки, анекдоты, рассказы и повести о женщинах и для женщин

Галя повернулась к Борису Ивановичу и спросила:

– Дядя Боря, ничего, что он эту гадость поставил?

– Гадость, – передразнил Юрка, – сама эту гадость смотришь, а ему нельзя? Да?

– Нет, если вы не против, то я тоже, – сказала Галя.

Борис Иванович не знал, что отвечать. Сказать: «Выключите» – неудобно, подумают, что он тюфяк какой-то. Выразить возмущение – тем более нельзя: люди развлечь хотели. И он сказал бодро:

– А чего, пусть крутится.

Галя посмотрела на него с интересом, а тут пришёл ещё и Володька.

– Ну как вы тут?

– Да вот, дядя Боря порнуху смотрит, – сказал Юрка, – говорит, что у них в Великих Луках всё это вчерашний день.

Дядя Боря вскинулся, хотел что-то ответить, но опять постеснялся и почему-то сказал:

– А у нас в соседнем дворе корова отелилась.

– Ну и что? – спросил Володька.

– Да ничего, орала больно, а так ничего.

Володя и Галя сели рядом и тоже стали смотреть на экран. А там негр, расправив всё, что только можно расправить, молотил направо и налево, не пропуская ничего, что двигалось.

Володя сказал:

– Пойду одеваться, – и ушёл.

Галя крикнула Юрке:

– Нечего глаза лупить, когда взрослые порнуху смотрят!

И Юрка тоже ушёл.

Борис Иванович с Галей остались одни. Дядя Боря готов был провалиться сквозь пол: там на экране три девицы одновременно ублажали негра, но так, что Борису Ивановичу стало жарко. А Галя спросила:

– Ну как там у вас, Настька замуж не вышла?

– Нет, – сказал Борис Иванович, – или вышла. В общем, она как бы вышла, а потом, значит, назад вернулась.

– Газ-то провели вам? – равнодушно спросила Галя. Было ясно, что газ её совсем не интересует, но она хочет поддержать непринуждённую беседу.

В это время негр, раскалившись до невероятности, перепутав мужчину с женщиной, пытался задействовать официанта, который случайно подвернулся ему под руку.

Дядя Боря сказал:

– Газ провели. И водопровод тоже. Скоро воду пустят. – Он закрыл глаза, но с экрана неслись стоны, вопли и уже ненавистная Борису Ивановичу иностранная речь.

«За что же мне такое? – думал Борис Иванович. – Тьфу ты, пропасть нечистая», – клял он телевизор. Тут в комнату вошёл Володя и, посмотрев на экран, спросил:

– Ну что, наслаждаетесь?

– Угу, – сказал Борис Иванович.

Зазвенел звонок. Галя побежала открывать. Володя сказал, указывая на экран:

– Живут же люди!

– Да, – сказал Борис Иванович, чтобы хоть что-то сказать, – красиво жить не запретишь.

– Смотри, чего творит, – сказал Володька.