За милых дам! Весёлые байки, анекдоты, рассказы и повести о женщинах и для женщин

Разложил он меня в кухне на полу, вставил в разные места иголки и говорит:

– Каждая точка на теле человека соответствует какому-нибудь внутреннему органу, и все эти точки я изучил. Осталось только узнать, какому именно органу они соответствуют.

В общем, вышел я через месяц из больницы, а секретарша говорит:

– Надо вам к нормальному врачу, а по пути – к патологоанатому.

Я думаю: «Только этого мне не хватает. Я уже и сок пил, и мазью мазался, и иголки куда не надо втыкал. Что мне ещё осталось?»

Взял да и поменял секретаршу.

И всё нормально стало. Пью теперь чай с референтом. Симпатичный такой референт, и фамилия подходящая – Кривозадов!

Случай с артистом

Один артист, народный, знаменитый, красавец, секс-символ 80-х. Это не важно, что у него сейчас только символ остался, но женщины до сих пор по нему умирают.

И вот этот артист приехал с женой отдыхать в санаторий. Жена от него ни на шаг не отстаёт, зная его любвеобильный характер. А он по старой привычке всё равно вокруг поглядывает.

Особенно одна довольно молодая женщина ему приглянулась. Миловидная, стройная, веселая и озорно так на него поглядывает.

Они дня три в гляделки так играли, играли. Он мимоходом стал ей знаки внимания оказывать, если без жены оставался. Она, жена, на процедуры, а артист девице то цветок подарит, то безделушку какую-нибудь подкинет.

А однажды совершенно случайно встретились в коридоре. Нет вокруг никого. Он её за руку хвать и говорит:

– Послушай, красавица, мы люди взрослые. Вы мне нравитесь, я вам, по-моему, тоже.

Она говорит:

– А вы меня не помните?

Он говорит:

– Постой, постой, кажется, вспоминаю. – Он, конечно, ничего не помнил, столько в его жизни этих хорошеньких было. – Ну-ка, напомни, где это было?

– А вы в наш город приезжали пять лет назад. Мы даже встречались с вами два раза.

– Ну, как же, Тверь, да?

– Да, – говорит она, – правильно, Новгород.

– А потом что было?

– А потом вы уехали, обещали звонить, писать, обещали в Москву перевезти.

– Это я, точно, мой почерк. Ну и что, писал, звонил?

– Нет.

– Ну, точно я, – погрустнел. – Жизнь затюкала, а я ведь долго потом вспоминал тебя. Но такая вот жизнь.

– Да, – опустив глаза, сказала Галя, – жизнь у вас тяжелая, не то что у нас.

– А что у вас?

– А у нас жизнь лёгкая, мы всё помним.

– Короче, – говорит он, – ты видишь, как меня жена пасёт.

– Вижу, – говорит Галя, – пасёт, как редкого племенного быка. Знает, видно, ваш характер.