Проклятие

Лиля попыталась сдвинуться, но ощутила грубую боль, пронизывающую ее тело. Вокруг нее висела тяжелая атмосфера, наполненная запахом химических веществ. Ученый, стоявший рядом, вглядывался в устройства и панели, охваченный возбуждением.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он нервно, но с любопытством, не отрываясь от своих экспериментальных изысканий.

Лиля попыталась ответить, но не получилось из-за маски на лице, которую она не сразу заметила. Она ощутила свою бессильность. Все, что она могла, это следить глазами за ученым и его сложным оборудованием.

Вскоре мужчине надоели плач и всхлипы, и он снова вколол ей что-то, от чего Лилия потеряла сознание.

Глава 5

Девушка медленно раскрыла глаза и встретилась с незнакомой обстановкой. Стены комнаты были полностью белыми, а мебель оказалась чуждой ее воспоминаниям. Она ощутила непонятное ощущение тумана, пронизывающее ее разум. Что-то необычное произошло, но она не могла припомнить ничего из своего прошлого.

Каждая попытка восстановить свои воспоминания была напрасной, словно они исчезли в смутном облаке забывчивости.

Страх и отчаяние поглотили ее и вылились в неконтролируемый плач.

Что случилось? Кто она на самом деле? … Как ее зовут? Множество вопросов населило ее разум, но ответы оставались неясными. Театр снов и воспоминаний был закрыт, а пытливый ум девушки отчаянно стучался в закрытые двери прошлого.

Сердце раскололось на миллион осколков. Неведомая потеря, оттеснениеот самой себя, подкрепленные сомнениями и страхом, обрели дом в ее груди.

Она ощущала эту душевную боль. Плач становился сильнее и громче, она не могла контролировать себя.

– Эй.

Кто-то отозвался. Звук исходил из… унитаза?

– Чего хнычешь?

Девушка осторожно встала с пастели и подошла к источнику звука.

– Ты кто? – она заметила маленькую дырку у унитаза.

– Дима, приятно познакомится. А ты – Лилия, – показалось, что он улыбнулся.

– Откуда ты знаешь? – нахмурилась девушка.

– Слышал, когда дежурные привезли тебя.

Девушка немного помялась, разглядывая своего оппонента.

Это был кареглазый мужчина, лет 30-35. На его лице появилась легкая щетина, добавляла некую дерзость и мужественность его облику.

– Понравился? – он оскалился, показывая безупречные зубы, и рассмеялся, – Да не смущайся, шучу я так, – потом грустно вздохнул, – Там раньше мой друг жил, – сказал он и погрустнел, – Несколько недель ни с кем не разговаривал.

Лиля с грустью села на коленки рядом с неприметным унитазом.