Улики горят синим пламенем

И делай с ним все, что хочешь, ни в чем себе не отказывай.

– Спасибо, Лев Иваныч! – улыбнулся журналист. – А вы нормальный мужик! Знаете, в этом пиджаке вы вылитый Клинт Иствуд.

– Исчезни! – прорычал сыщик.

Дорохов понял его с полуслова и скрылся за оконной занавеской. Гуров присоединился к Станиславу и кивком головы представился Ставрогину:

– Гуров, Лев Иванович. Полковник.

Ставрогин в ответ также представился полковнику. Все вместе они прошли в кабинет генерала Орлова.

В кабинете, к немалому удивлению сыщиков, важный клиент повел себя крайне просто.

В разговоре он обращался не только к генералу, но и к обоим полковникам. Вроде как не делал между ними никакого различия или знал об их дружбе.

– Братцы, мне жутко неудобно, – признался Ставрогин. – Я не хотел никуда заявлять, но наш глава фракции настоял. Для него это лишний повод попиариться. Он такого ни за что не упустит, вы же его знаете. Мне самому и в голову бы не пришло раздувать это дело. В общем, если вдруг от меня потребуется какая помощь, обращайтесь.

Найдете поджигателя – отблагодарю. Если свернете дело на тормозах, тоже в обиде не буду. Мне вся эта шумиха ни к чему. Не люблю сомнительной популярности. Как там у Ильфа и Петрова? «Попал под лошадь О. Бендер». Нет, я себя в роли жертвы никак не позиционирую. Я личность активная. Люблю жить на адреналине, на грани фола. Покой не по мне.

Гуров полагал, что Ставрогин должен давать показания, а не интервью. Поэтому прервал его речь:

– Простите, все это крайне интересно, но мы бы хотели узнать размер понесенного вами ущерба.

Машина, надеюсь, была застрахована?

Ставрогин вдруг как-то засуетился и стал двигаться к выходу.

– Да, конечно, застрахована. Так что нет никаких оснований беспокоиться. Извините, мне пора.

На прощание Николай Всеволодович придержал Гурова за пиджак. Его лицо прямо-таки лучилось доброжелательностью.

– А знаете, полковник, вы очень похожи на Клинта Иствуда.

Гуров с трудом сдержался, чтобы не зарычать. Он проводил господина Ставрогина до дверей приемной.

Выглянув через пару секунд в коридор, обнаружил, что он пуст. Ни депутата, ни журналиста Дорохова там уже не было.

Из генеральского кабинета Гуров и Крячко прямиком отправились к себе, составлять план предстоящей работы. Дело предстояло серьезное. Это вам не убийства раскрывать, тут без писанины никак не обойтись. В воображении сыщиков уже высились горы бумаг, и радости это не прибавляло.

Вечер подкрался незаметно. Погода испортилась.