Виновны все

Наверняка втихаря приторговывает «дурью» – я в этом почти уверен.

– Вот и я думаю о том же… – нахмурился Лев и, покачав головой, добавил: – Зря тогда Петруха вмешался, зря… Ну, когда взорвали наркобаронов. Я чувствовал, что не всех причастных задержали, что вне поля зрения остались те, кто способствовал убийству, но… С нашим Петрухой иногда спорить – что в стенку кидать горохом. Хотя, думаю, кто-то из министерских уж слишком его торопил, вот он и дал команду закругляться.

– Но тем не менее судьбу не обманешь! – В голосе Стаса слышалось некоторое даже злорадство.

 – Все равно этот Зубаров попал нам «на мушку». Кстати, как думаешь, был ли тот Гушареев, который признал себя организатором убийства, и в самом деле заказчиком?

– На мой взгляд – был, – уверенно кивнул Гуров. – Ему нужно было устранить сильных конкурентов, и он это сделал. Нанял братьев Судачановых, которые и заложили взрывчатку, и еще несколько человек из «Эдельвейса», которые помогли в организации покушения. Нет-нет, Гушареев вполне обоснованно признал себя виновным, и не с перепугу, а чтобы сбавить себе срок.

Ему и в самом деле скостили – дали «четвертак» вместо пожизненного. Но вот Зубаров в тот раз от нас улизнул…

– Вообще-то он может отвертеться и сейчас. У нас на него в данный момент абсолютно ничего нет. За эти годы он следы замел по полной. А подозрения к делу не пришьешь! – огорченно развел руками Стас.

– Согласен! Но я вот о чем думаю: его надо взять под свой негласный, ненавязчивый контроль.

И не по прошлым делам, а по нынешним. Чую, где-то, как-то он завязан на этой истории с этим самым «охарасаном». Так что, из виду его выпускать не будем, ну а сейчас буду собираться в Хлебовское.

Снова запиликал телефон внутренней связи. На этот раз звонил Орлов.

– Лева, Стас на месте? Оба ко мне! – распорядился генерал.

– Ну как мы обойдемся без его «ценных указаний»? – съехидничал Стас, патетически потрясая руками.

Войдя в кабинет начальника, опера застали его в меланхолически-задумчивом настроении.

Указав взглядом на гостевые кресла, Орлов с ходу поинтересовался:

– Ну что, определились с распределением ролей? Кто и чем будет заниматься дальше?

– Да, разумеется, – ответил Лев, опустившись в кресло и положа ногу на ногу. – Стас будет заниматься случаем с Кудашиной, а я начинаю работу по убийству Бульмакина. Сейчас еду осматривать место происшествия, изучу первичную документацию тамошней опергруппы, опрошу свидетелей.