Запредельное удовольствие (сборник)

 – Так что, мне позже зайти?

– Да, да, да, позже, позже! – буквально выталкивая женщину из кабинета, выпалил Плисецкий. – Я сам вас вызову!

Женщина неторопливо выплыла из кабинета, и Плисецкий с явным облегчением закрыл за ней дверь.

– Простите, это наша бухгалтер, – извиняясь, обратился он к Крячко с Гуровым. – Она порой бывает весьма бесцеремонна!

– Да ничего страшного, – великодушно отозвался Крячко. – У нас в Главке вообще не церемонятся, так что мы привыкли!

– Так вот… – Плисецкий нервно провел руками по короткостриженым темным волосам.

 – Вы уже, наверное, в курсе, что мой компаньон, Роман Витальевич Любимов, пропал. Проще говоря, не вернулся из поездки на Карибские острова.

– Да, – кивнул Гуров. – И сразу хотелось бы уточнить: а почему вы решили, что дело серьезное? Может быть, человек просто решил продлить свой отпуск?

Не слишком большие глаза Плисецкого удивленно расширились.

– Нет, что вы, такого просто не может быть! Это исключено! Роман очень пунктуален, он знает о том, что нам нужно оформлять покупку площади, и вообще… Даже если бы он решил так поступить, то обязательно предупредил бы меня! А у него даже телефон отключен!

– А когда вы с ним связывались в последний раз? – спросил Гуров, однако Плисецкий не успел ответить: у него зазвонил сотовый телефон.

Он с досадой достал его, но, увидев высветившийся номер, тут же нажал кнопку соединения.

– Да, да, да, – коротко говорил он, при этом лицо его то краснело, то бледнело. – Прямо сейчас? Простите, но… Хорошо-хорошо, я буду, договорились.

Отключив связь, Плисецкий с растерянным видом застыл в центре кабинета. На лице его повисло выражение катастрофы.

– Боже мой, я с ума сойду! – воскликнул он.

– Что случилось? – нахмурился Гуров, решив, что появились неприятные известия о Любимове.

Но оказалось, что дело совсем в другом.

– Звонил один важный человек… Тот самый, с которым мы должны подписать договор. Точнее, один из договоров – это по поводу расширения нашего проекта. Я думал, что мы встретимся с ним вечером, но он сказал, что у него другие планы на вечер, и настаивает на встрече немедленно.

– А что, перенести никак нельзя? – покосился на него Крячко.

– Никак! Нет! Это исключено! Вы не знаете, что это за человек! – вскричал Плисецкий, всплескивая руками – недопитый кофе он уже поставил на свой стол во время хождений по кабинету.

Гуров с Крячко переглянулись.

– Леонид Максимович, вы успокойтесь, пожалуйста, – сказал Лев.