Венерианка

Не знаю, к чему ты клонишь, но это перебор. Ты бессовестно губишь мое творение. Ты беспощадно смотришь на то, как разваливаются живые существа. Зачем? – бессильно уставился на брата Бог.

– Я тоже хочу творить, – без эмоций ответил бессовестный и беспощадный брат. – Мне надоело смотреть на идиллию и любовь. Ты творишь скуку. То ли дело проблемы, препятствия – это придало новый оттенок просто оранжевому. Существа заёрзали, заметались, начали открывать что-то новое. Не это ли интересно?

– Они несчастны, напуганы, – закачала головой от отчаяния создатель.

– А не ты ли, братец, внедрил новую жизнь на планету? Что-то новое. Что оно вытворяет? Одному Богу известно, прости за выражение. Я ничего не предъявил, хотя ты утаил от меня свой новый шедевр, – помотал старший в воздухе пальцем, журя младшего.

– Что за послание в небе? Что за отсчёт и взрыв? В этом хоть есть смысл? Или это очередная твоя бессмыслица?

– Слишком много «бес» в твоих словах, братец.

– Тебе, как раз. Я замечаю бессмыслицу, беспощадность, бесстрашие, беспринципность в твоих действиях и глазах.

Они горят огнем. Я прошу, не губи мой мир, – взмолился светлый.

– А ты спаси его… Сумел создать, попробуй сохранить. У тебя ещё есть время, – расплылся в улыбке Бес, так и назвал себя темный создатель, и в его глазах сверкнула молнией радость.

Он демонстративно пошагал к огромному витражу, открывающему вид на Вселенную. Перед ним возник ещё один огромный монитор, на котором отображался весь сотворённый мир и все действия венерианцев.

Значит, братец давно вел двойную игру. Его участие – бессовестная подлость. Его цель – разруха и огонь.

Отчаялся Бог, присел на корточки и схватился за голову. Как бороться с братом, который не видит ничего светлого, который помешен на уничтожении? Нужно перехитрить его. Спасти свой народ, пока ещё есть время. Но одному ему справиться ли с таким хитрым соперником.

Глава 8

Шаяну удалось вернуть малышку Ману домой. Без радостных эмоций, в изоляции, Ману превращалась в каменную глыбу.

Как только видела Шаяна сквозь стекло, обретала мягкость и переливалась блестками. Ее отдали назад, с условием являться по первому требованию. Тем более таких случаев больше не повторялось. Водохранилище «Инстр», наконец, внушило всем табу. За питанием местные теперь летали на соседнее хранилище, что на двадцать километров южнее от «Инстр».

Все заметили активность солнца в последнее время. Как будто кто-то прибавил температуру в духовке.