Жестокая справедливость

Это был труп мужчины, одетого в добротный костюм. Неизвестный, до половины погрузившись в длинные космы зеленой тины, лежал ничком, тихо покачиваясь на мелких волнах.

– Синьор Гуров, скажите, вы уже составили психологический портрет того, кто воздал должное этому мерзкому типу? – спросила Виттория, став вдруг серьезной. – Вы же учили нас этому. Что же сами не воспользовались своей методикой?

– Да, да, да… – отчего-то растерялся Лев, спеша собраться с мыслями. – Значит, на мой взгляд, это человек очень сильной натуры, отзывчивый, способный на решительные поступки.

Он пережил какие-то сильные потрясения в своей жизни. Возможно, это было связано с военной службой. Что еще? Скорее всего, он неравнодушен к той, ради которой готов даже преступить закон…

– Синьор Гуров, а ее имя вы хотите узнать? – хитро улыбнулась Виттория.

– Конечно! Очень хочу! – закивал головой Лев в предвкушении неслыханной удачи.

– Ее зовут…

Губы Виттории произнесли имя таинственной гостьи виллы Захарухина, но Гуров не расслышал его из-за какого-то противного тирликанья, донесшегося со стороны городской ратуши Дьера.

С ненавистью посмотрев на несвоевременно зазвонившие куранты, он снова обернулся к Виттории, чтобы она повторила столь важное для него женское имя, но, к его крайней досаде, куда-то внезапно исчезли и озеро, и все русалки. А куранты продолжали настырно тирликать, пока Лев вдруг не понял, что это будильник его сотового телефона.

Окончательно проснувшись, он в сердцах нажал на кнопку отключения звонка и со стуком бросил телефон на тумбочку, пробормотав при этом:

– Достал, зараза!.

.

– Он и меня достал! – заспанным голосом откликнулся Стас. – Минуты две лежал, ждал, когда ты наконец проснешься и отключишь его. Что такой сердитый? Недоспал маленько?

– А-а-а… – досадливо отмахнулся Гуров. – Тут такое приснилось! Представляешь, увидел во сне одну из участниц будапештского симпозиума, и она пообещала мне назвать имя женщины, которая была в доме Захарухина.

Только начала говорить, и тут – будильник. Твою дивизию!

– Хм… Мне почему-то всегда казалось, что тебе может сниться одна только Мария, – со скрытой подначкой в голосе невинно откликнулся Крячко. – Участница-то хоть молодая, симпатичная? Скажем, наподобие Карлы… нет, не Бруни, а Дель Понте? – Стас схватился за живот и затрясся от хохота, представив себе сновидение с участием бывшей гаагской прокурорши.

– И молодая, и симпатичная.