Любовь в полдень

Та покачала головой:

– Убита горем.

– А… твой муж?

– Умирает, – просто ответила Одри. – Обратного пути уже нет. Доктора сказали, что осталось несколько дней.

Беатрикс хотела взять ее за руку, пожалеть, как жалела своих питомцев, однако Одри сморщилась и подняла ладони, словно хотела защититься.

– Нет-нет, не прикасайся. Я могу рассыпаться, а нужно оставаться сильной и поддерживать Джона. Лучше давай немного поговорим; в моем распоряжении всего несколько минут.

Беатрикс послушно сложила руки на коленях.

– Позволь чем-нибудь помочь, – тихо попросила она. Давай я посижу с мистером Феланом, а ты отдохнешь хотя бы часок.

Одри снова слабо улыбнулась:

– Спасибо, милая, не могу никого к нему пустить. Это мое место.

– А что, если подняться к леди Фелан?

Одри потерла глаза.

– Ты добра, как всегда. И все же не стоит, вряд ли ей сейчас нужна компания. – Она вздохнула. – Кажется, свекровь с радостью умерла бы, лишь бы не оставаться без сына.

– Но ведь у нее есть еще один.

– Кристофера она не любит. Вся материнская нежность досталась Джону.

Беатрикс задумчиво посмотрела на большие напольные часы с маятником: они громко, неодобрительно тикали и, казалось, недоверчиво качали головой.

– Этого не может быть, – наконец произнесла она.

– Тем не менее это так, – с грустной улыбкой возразила Одри. – Некоторые люди наделены бесконечным запасом любви – например, вся ваша семья. А у других ресурсы ограничены. Любовь леди Фелан закончилась: чувств хватило только на мужа и Джона.

 – Она устало пожала плечами. – Но сейчас совсем не важно, любит ли свекровь Кристофера или нет. Теперь уже ничто не имеет значения.

Беатрикс опустила руку в карман и достала письмо.

– Это для капитана Фелана, – пояснила она. – От Пруденс.

С непроницаемым выражением лица Одри взяла конверт.

– Спасибо. Отправлю вместе с сообщением о состоянии Джона. Бедный Кристофер… он так далеко.

Беатрикс задумалась, не лучше ли забрать письмо обратно. Сейчас не время говорить о расставании.

Но с другой стороны, может быть, в тени огромной утраты маленькая боль пройдет незамеченной?

Одри внимательно посмотрела на подругу.

– Ты собираешься ему сказать? – негромко спросила она.

Беатрикс с подозрением прищурилась.

– О чем?

Вопрос был встречен раздраженным вздохом.

– Я не дурочка, Беа. Пруденс сейчас в Лондоне, занята балами, приемами и прочими светскими глупостями. Она никак не могла написать это письмо.