Мой дьявол-хранитель

– А теперь, девоньки, – сказал он нарочито бодрым тоном, – давайте споем.

– Это еще зачем? – попытался возразить Сент-Винсент, но Эви дернула его за рукав.

– Пусть поют, – шепнула она. – Чем больше вы спорите, тем больше времени это займет.

Выругавшись себе под нос, Сент-Винсент уставился, прищурившись, на наковальню, пока сестры слаженно выводили:

Моя любовь подобна розе красной,

Что расцвела июльским утром.

Моя любовь, как музыка, прекрасна,

Что нежно шепчут струны лютни.

И пусть летят года,

Моя любовь с тобой всегда,

Пока не высохнут моря,

Не обнажится дно морское.

Внимая своим дочерям с нескрываемой гордостью, Макфи дождался, пока смолкнут последние звуки, после чего рассыпался в похвалах. Наконец, напустив на себя важный вид, он повернулся к паре, стоявшей у наковальни:

– А теперь позвольте задать вам вопрос: не состоит ли кто-нибудь из вас в законном браке?

– Нет, – коротко ответил Сент-Винсент.

– У вас есть кольцо для девушки?

– Вы же только что… – Сент-Винсент оборвал фразу и приглушенно выругался при виде выжидающе поднятых бровей Макфи.

Похоже, единственный способ покончить с этим делом – это следовать правилам, установленным кузнецом. – Да, – прорычал он. – Вот оно.

– В таком случае наденьте его на палец невесты и возьмитесь за руки.

Стоя перед Сент-Винсентом, Эви ощущала странную легкость в голове. Сердце ее лихорадочно билось, но не от страха или волнения, а от какого-то непонятного чувства, которому она не знала названия.

Когда он надел кольцо ей на палец и прижал свою горячую ладонь к ее ладони, напряжение достигло предела.

Сент-Винсент сохранял бесстрастное выражение, но его скулы слегка порозовели, а дыхание участилось. Смущенная тем, что ей уже известны такие интимные вещи, как ритм его дыхания, Эви отвела взгляд. Кузнец взял у одной из дочерей длинную белую лету и набросил ее на их запястья.

Склонившись к ее уху, Сент-Винсент что-то тихо произнес, и она почувствовала, как его рука легла ей на шею, поглаживая ее, словно испуганное животное.

Эви расслабилась, успокоенная легкими прикосновениями его пальцев.

Макфи деловито обмотал лентой их запястья и завязал бант.

– Так, а теперь повторяй за мной, девонька, – сказал он, обращаясь к Эви. – Беру тебя в мужья.

– Беру тебя в мужья, – прошептала Эви.

– Милорд? – подсказал кузнец.