Обольсти меня на рассвете

Он сомневался в том, что бойкой, с непростым характером Беатрикс понравится в школе.

Отпустив руку Кева, Беатрикс переключила внимание на разговор о недавнем проекте Рохана, в который он инвестировал немалую сумму.

Для Рохана стало своего рода игрой вложение средств в проекты, которые имели наименьшие шансы на успех. В последний раз он приобрел резиновую мануфактуру в Лондоне, которая была на грани банкротства. Однако, как только компания стала его собственностью, Кэм приобрел патент на вулканизацию резины и еще один – на изобретение, позволяющее производить нечто вроде резинового обода.

Новый продукт с поразительной скоростью и размахом завоевал рынок. Компания процветала.

– Этот проект точно провалится, – говорил между тем Кэм. – Вкратце история такова: два брата-кузнеца придумали движущуюся конструкцию, которая приводится в действие мускульной силой. Они назвали свою машину волоциклом. Два колеса крепятся на обтекаемую стальную раму. Колеса вращаются с помощью педалей, которые толкаются ступнями.

– Всего два колеса? – в недоумении переспросила Поппи. – Как на нем можно ездить не падая?

– Водителю придется удерживать равновесие, регулируя положение центра масс над колесами.

– А как поворачивать эту конструкцию?

– И, что еще важнее, как ее останавливать? – подчеркнуто сухим тоном поинтересовалась Амелия.

– Путем приложения тела к земле? – предположила Поппи.

Кэм засмеялся.

– Вероятно. Мы, конечно же, запустим эту машину в производство. Уэстклифф говорит, что более безнадежного вложения капитала ему не встречалось.

Волоцикл выглядит дьявольски неудобным и требует от того, кто будет им управлять, развитого чувства равновесия, которое намного превосходит то, каким могут похвастаться большинство людей. Мало кто сможет позволить себе подобную покупку, а о практической стороне и говорить не приходится. В конце концов, какой здравомыслящий человек станет разъезжать по улице на двухколесном хитроумном монстре, вместо того чтобы спокойно ехать на лошади?

– Хотя попробовать на нем покататься было бы весело, – задумчиво протянула Беатрикс.

– Это не то изобретение, которое следовало бы испытывать девушке, – веско заметила Поппи.

– Почему нет?

– Юбки будут мешать.

– А почему мы должны носить юбки? – спросила Беатрикс. – Я думаю, брюки были бы куда удобнее.

Амелия, казалось, была шокирована и позабавлена одновременно.

– Об этом лучше не говорить нигде за пределами семейного круга, моя дорогая.