Соблазни меня в сумерках

Ратледж был занят тем, что запечатывал письмо, прижав печать к расплавленному воску.

– Доброе утро, Валентайн. Как дела в отеле?

Джейк вручил ему пачку ежедневных отчетов управляющих.

– Все в порядке, не считая претензий дипломатов из Нагараи.

– Вот как?

Крохотное королевство Нагарая, зажатое между Бирмой и Сиамом, только что заключило союз с Британией. Оказав помощь в изгнании сиамских завоевателей, британцы сделали королевство своим протекторатом, тем самым гарантировав защиту британского льва. Поскольку британцы вели военные действия против Бирмы, присоединяя одну провинцию за другой, нагараяне пытались сохранить самоуправление.

С этой целью они прислали в Англию трех высокопоставленных представителей с дипломатической миссией и драгоценными подарками для королевы Виктории.

– Персоналу отеля, – сообщил Джейк, – пришлось трижды менять им комнаты, когда они прибыли вчера днем.

Брови Ратледжа приподнялись.

– Им не понравились комнаты?

– Не сами комнаты, а их номера, которые показались им подозрительными с точки зрения нагараянских суеверий.

В конечном итоге мы остановились на номере двести восемнадцать. Однако спустя некоторое время управляющий вторым этажом уловил запах дыма, исходивший из их апартаментов. Кажется, они проводили церемонию, в которой открытый огонь разжигают на бронзовом блюде. К несчастью, огонь вырвался из-под контроля и опалил ковер.

Губы Ратледжа изогнулись в улыбке.

– Насколько я помню, у нагараян есть церемонии для всех случаев жизни.

Позаботься о том, чтобы им предоставили подходящий номер, где можно зажигать столько жертвенных огней, сколько им понадобится, без риска сжечь отель дотла.

– Слушаюсь, сэр.

Ратледж взял пачку отчетов управляющих и принялся просматривать.

– Насколько заполнен отель? – поинтересовался он, не поднимая глаз.

– На девяносто пять процентов.

– Отлично. – Он углубился в чтение отчетов.

В молчании, которое последовало, Джейк позволил себе скользнуть взглядом по столу хозяина и заметил письмо от достопочтимого Майкла Бейнинга, адресованное Поппи Хатауэй.

Интересно, задался он вопросом, как оно оказалось у Ратледжа? Поппи Хатауэй была одной из представительниц семьи, останавливавшейся в Ратледже во время лондонского сезона. Подобно другим аристократическим семействам, не имевшим лондонской резиденции, они были вынуждены либо снимать меблированный особняк, либо останавливаться в отеле. Хатауэи были верными постояльцами отеля в течение трех лет.