Живые факелы

 – Выходит, люди, контактировавшие с больным смертельным недугом человеком, не прошли никакого обследования? Чего же ты молчала?

– Я не сказала, что обследование не было проведено. Из-за твоей спешки я просто не успела досконально изучить документы, которые предоставил мне главврач. Это ведь тебе приспичило ехать к жене «летального» немедленно!

– Ладно, разберемся. Сейчас на это нет времени, – заявил Дэн, открывая дверь. – Думаю, в штабе об этом наверняка…

Он не договорил. Взгляд его остановился на чем-то, что находилось в комнате.

Маша приподнялась на носки, пытаясь разглядеть поверх плеча напарника то, что привлекло его внимание. Взору ее предстал обычный сельский интерьер. Старинный трехстворчатый шкаф, ковровая дорожка на полу, кресло с деревянными подлокотниками, обтянутое зеленым сукном. В дальнем углу комнаты стояла панцирная кровать с металлическими шариками на боковых спинках. На кровати лежала женщина в строгом синем костюме и белой блузке. Глаза ее были закрыты. На таком расстоянии невозможно было понять, дышит ли она.

– Дэн, она жива? – шепотом спросила Маша.

Он утвердительно кивнул головой и постучал в открытую дверь. Женщина никак не отреагировала.

– Простите, мы ищем Татьяну Алексеевну Вострикову, это вы? – кашлянув, громко спросил Дэн.

Женщина едва заметно пошевелилась, но глаза не открыла. Он переступил через порог, направился к кровати и, остановившись в центре комнаты, снова спросил:

– Татьяна Алексеевна, мы можем поговорить? – Ответа не последовало, и Дэн продолжил: – Послушайте, я сотрудник Федеральной службы безопасности, нам необходима ваша помощь.

Мы пытаемся выяснить причину смерти вашего мужа. Пожалуйста, ответьте мне всего на несколько вопросов, и я уйду.

Женщина открыла глаза и безучастно посмотрела на него. От ее взгляда у Маши мурашки побежали по спине. Это был взгляд затравленного, смертельно раненного животного, которое не понимает, что с ним произошло.

– Как вы себя чувствуете? Быть может, вам нужна медицинская помощь? – вступила она в разговор, выйдя из-за спины напарника.

– Как я себя чувствую? – подала голос женщина. – Вы спрашиваете, как я себя чувствую? Как может чувствовать себя человек, у которого вырезали сердце? Я потеряла единственного близкого человека только потому, что врачи не смогли вовремя оказать ему помощь.