Замужем с утра

Самое ужасное, что выпало на долю сестер Хатауэй, – изучение бесчисленных нелепых правил и предписаний, которыми должны руководствоваться юные леди из высшего общества. Если бы не терпеливые наставления Кэтрин Маркс, сестрички метались бы по Лондону с грацией перепуганных насмерть слонов. Мисс Маркс совершила с девушками настоящее чудо, особенно с Беатрикс, самой большой чудачкой из всего в высшей степени странного семейства Хатауэев. Хотя Беатрикс обожала резвиться на лужайках и бродить по лесам, словно дикарка, мисс Маркс умудрилась убедить ее, что в бальных залах ведут себя иначе.

Она даже сочинила для своих воспитанниц целый цикл стихотворений – свод правил этикета, в том числе и этот литературный шедевр:

Юным леди сдержанность пристала,

В беседах с незнакомцами – особо.

Флирт, ругань, жалобы и свары

Погубят репутацию в два счета.

Разумеется, Лео не раз язвительно прохаживался насчет поэтического дара мисс Маркс, но в душе признавал, что ее методы себя оправдывают. Поппи и Беатрикс успешно приняли участие в лондонском сезоне.

Вдобавок Поппи недавно вышла замуж за респектабельного владельца отеля по имени Гарри Ратледж.

На попечении гувернантки осталась одна Беатрикс. Мисс Маркс охотно взяла на себя роль дуэньи и компаньонки энергичной девятнадцатилетней девушки. Теперь в семействе Хатауэев Кэтрин Маркс считалась едва ли не членом семьи. Что же до Лео, то он не выносил эту женщину. Она пространно излагала свое мнение по любому поводу и осмеливалась делать ему замечания.

В тех редких случаях, когда Лео пытался держаться дружелюбно, мисс Маркс сердито огрызалась или с презрением отворачивалась. А стоило Лео высказать какое-нибудь здравое суждение, эта несносная особа тотчас перебивала его, принимаясь нудно перечислять, в чем он ошибается.

Постоянно сталкиваясь с враждебностью гувернантки, Лео невольно стал отвечать ей тем же. Весь минувший год он пытался убедить себя, что презрение Кэтрин Маркс ничего для него не значит. В Лондоне немало женщин куда более красивых, обворожительных и привлекательных.

Если бы только мисс Маркс не занимала все его мысли.

Возможно, виной тому были секреты, которые она так ревностно оберегала. Кэтрин никогда не рассказывала ни о своем детстве, ни о семье, как и о том, что заставило ее пойти в гувернантки. Какое-то время, весьма недолго, она преподавала в школе для девочек. Впрочем, мисс Маркс отказывалась обсуждать свою учительскую карьеру, как и причины, побудившие ее оставить пансион.