Шестая стихия. Рукопись принесенная морем. 2 часть дилогии

Ну хочешь еще по-другому попробуем, – многозначительно вытянув губки трубочкой, произнесла девушка, томно тряхнув рыжими кудрями и накрыв своими идеально наманикюренными пальцами его сморщенный стручок. – Я много, что умею. Хочешь покажу?

Она подмигнула ему.

– Да верю-верю, – он потянул её за темно-коричневый сосок, шары-грудей призывно качнулись. – Да что-то сегодня совсем нет настроения шалить.

Он хлопнул её по голой заднице.

– Ты свали пока в туманы. А я как в настроение буду – позвоню.

Денежку себе сама возьми, в портмоне на полке у выхода. Да халат мне кинь.

– А ты чего такой скучный, я уж собиралась девчонок на эти выходные к тебе позвать. Думала покуражимся. Как в старые добрые. Спросить хотела, может ты кого позовешь, Бориса там Севочку. Я помню, Севе в прошлый раз понравилось…

– Тебе думать по статусу не положено – титьки отвиснут. Сказал «свали» – значит сдернула отсюда быстро и подальше, а то разозлюсь, – в мгновение ока впадая в неистовство, рявкнул Панкратий, завертываясь в полы халата.

 – Если каждая голая баба думать начнет, да еще вслух, это что же с Россий станется!

Уже про себя добавил мужчина, пока испуганная девушка спешно засовывая себя в джинсы и майку, обувалась в коридоре. Куртку она застегнула уже на улице. «Вот псих, ненормальный», – сделала она вывод, но хрустящие зеленые купюры быстро примерили ее с действительностью, и она забыла о вспышке гнева неудачливого любовника.

Панкратий остался один. После смерти Дорофея он считал, что руководство Орденом должно автоматически перейти к нему, но братья не оказали ему должного почтения. Когда он пришел на Совет на месте Магистра уже горела свеча, символ памяти и, затушив её, занять место главного было неприемлемо. Пришлось Панкратию встать в общее кольцо как рядовому члену Братства. Ему даже не дали начать совет! Вылез этот Севка, любитель минетов в два язычка, и начал свой спич, что Братство скорбит по Фениксу, не успевшему возродиться из пепла и ушедшему за Черту, и что мы все там будем, а пока стоит отдать дань уважения его памяти и через три месяца собраться вновь и выбрать нового магистра.

Панкратий пытался сунуться с мыслью, что выбирать стоит из Мастеров, но Севка, видимо понимая, что ему все равно не победить опередил его, озвучив, что любой из Братьев может попытать счастье. И пусть Огонь возродит лучшего из них.