Алмаз темной крови. Книга 2. Песни Драконов

Не бойся, Нима… Я сыграю один. – он ласково провел пальцами по волосам жены. – Нам ли страшиться прошедших дней?

Дневной свет совсем угас, однако на поляне, где собрались молодые боги, было почти светло – отчасти от вновь раскрывшихся огненных лилий, отчасти от золотого сияния, которое источали и чаша, и вышивка на плате. Было тихо, безветренно; беспечальный покой разливался в воздухе.

Сурт взял чашу обеими руками, слегка склонил голову, закрыл глаза и сказал:

– Гибель мира, богов сотворивших и богами же сотворенного… последняя битва.

И он опрокинул чашу над вышитым платом. Из нее стали вылетать небольшие, ростом с полевую мышь, фигурки; вылетать, плавно опускаться на игровое поле, вставая каждая на свое место. Часть фигур была сделана из светлого золота, часть – из черного, еще более темного, чем нити вышивки. Гарм и Фенри глядели во все глаза. Фигурки падали на плат, замирали на мгновение, сжавшись в комочек, охватив руками колени – и спустя несколько секунд вставали, выпрямляясь во весь рост.

Среди них были воины в доспехах, женщины в простых или причудливых нарядах… всего не более двух десятков фигур. Некоторые расположились совсем рядом друг с другом; некоторые из персонажей, ожидая первого броска костей, седлали коней, усаживались на вивернов.

– Ох ты, не подумал я об этом. – Сокрушенно сказал Сурт. – Многовато персон для первой игры. Боюсь, вам наскучит следить за уже известными событиями.

– Нет! Что ты, отец… – не отрывая глаз от волшебного зрелища, откликнулись его сыновья.

– Тогда слушайте правила. Для каждой фигурки – некоторые из них представляют целые расы… вот смотрите, это альвы, пока единые, это цверги… ну и так далее, – так вот, для каждой бросают кости. Выпавшее число определяет количество шагов, которое фигура проходит по полю. Движется она по спирали. Цвет вышивки, на которой фигура останавливается, определяет обстоятельства, в коих она оказывается – черный предуказывает осложнения, беды, необходимость сопротивляться и выживать.

Красный – предписывает страсти, волнения, беспокойства, страдания и радости. Солнечный цвет накаляет и без того разгоряченных героев истории до предела, за который переступать небезопасно… и они все его переступают. Кроме того, чем ближе к вожделенной цели, тем вероятнее всяческие невозможности и волшебства… – и Сурт подмигнул сыновьям.

– Если фигура останавливается на черном, то она должна сделать два шага назад, если на красном – то два шага вперед.