Мастер теней

А если отказаться? Тут Каролина представила себе нескончаемую череду длинных, тоскливых вечеров, Франца – все более скучающего, раздражительного, далекого, безумно желанного – и не жаждущего в ответ; она видела себя, покинутую, утомленную однообразием одиночества, видела глаза приятельниц, полные притворного сочувствия и неподдельного любопытства.

И Каролина осталась.

Мастер Теней появился в кабинете так же бесшумно, как и исчез перед этим. Он внимательно посмотрел на молодую женщину, не говоря ни слова, встал за ее спиною, плавными движениями руки обрисовал в воздухе контуры ее тени и негромко заговорил.

– Сладострастие, воистину из семи сладчайший грех. Тягуче-розовый, засасывающий, одурманивающий. Невинности погубитель, гонитель стыдливости, воин порока… Я, Мастер Теней, властью своею тебя призываю: восстань, разбей оковы стыда и чистоты устыдись!

Когда Каролина обернулась к Снимающему Печати, ей бросилось в глаза кольцо – большое, неправильной формы, с несколькими камнями. Один из самоцветов, словно поймав ее взгляд, засиял маслянистым, жирным светом.

В этот момент Каролина ощутила густой аромат розового масла, почувствовала, как оно горячими струйками стекает по ее телу, щекочет, распаляет, разжигает… она слабо застонала, отшатнулась и, потеряв равновесие, едва не упала. Мастер Теней подхватил ее.

– Вы помните о цене преображения? к тому же проба пера вам совсем не повредит.

Он отнес ее наверх, в комнату, затененную шторами почти до темноты. Сначала Каролина просто подчинялась ему; все ей было непривычно – и полное отсутствие стыда перед своей и его наготой, и жаркое любопытство, и пряная острота ощущений.

Она отдавалась его умелым рукам, принимала ласки; ей казалось, что она плывет по теплой реке розового масла, благоухающие струи обволакивали ее тело и необратимо усыпляли разум. Розовато-желтая поверхность реки маслянисто поблескивала, темно-розовые кувшинки раскрывали ей навстречу свои влажные лепестки, она гладила их и сама становилась одним из жадно раскрытых цветков… ее неотвратимо несло к водовороту. Его жадный зев поглотил ее всю, а выпустил уже совсем иную Каролину; она плыла по течению, запрокинув голову и раскинув ноги. Она расплачивалась с царственной щедростью, и крики ее были бездумными и торжествующими.

Утро следующего дня застало Каролину Паульман в магазине дамского белья, где она скупила самые вызывающие новинки, изобретения парижских модисток, на которые она и смотреть-то прежде боялась.