Петролеум фэнтези

Да и должность у него была такая, по общим вопросам, и ничего мне не говорила. Зачастую это так и бывает – кот в мешке. В кабинете присутствовало ещё двое не знакомых мне специалистов. Меня попросили разложить фотопартреты на большом столе, который стоял ровно по середине кабинета. Все трое, делая вид, что они внимательно рассматривают мои фотографии, стали между собой перебрасываться впечатлениями от увиденного. Придраться было не к чему, композиция была очень выдержанной без всяких излишеств. И я решил для себя, что постараюсь молчать или же как можно меньше с ними говорить.

Я понимал, что у них решение уже принято, иначе бы меня сюда не пригласили. Но кто дал, как говорят нефтянники, добро, я так и не узнал и мне это было по большому счёту безразлично. Я же не пришёл к ним чтобы попросить копейку на жизнь, и даже не упрашивал их ни о чём, я оказался там исключительно только ради восстановления справедливости, реабилитации тех, кто открывал те нефтяные месторождения, из которых они сегодня добывают нефть.

Решение состоялось и мне было предложено разместить фотопартреты под руководством их штатного дизайнера. Мне хотелось побыстрее от них уйти, так как всей душой я уже был там, в музее, и мне не терпелось как можно быстрее выполнить свою миссию. Я почти мгновенно с ними распрощался, и уже не кипятился и не держал ни на кого обиду. Все мы люди со своими прихотями и амбициями, и жизнь научила меня многие второстепенные неприятности как можно быстрее забывать.

В итоге всё закончилось тем, что дизайнер действительно появился в музее, но помощь его нам даже не понадобилась, мы, я и мой молодой племянник Богдан выполнили всю работу самостоятельно. Даже директриса с экскурсаводом нам не мешали советами и более того стали настолько любезными со мной, что засыпали меня своими профессиональными вопросами. Только тогда, я на конец понял, что лёд тронулся, и можно было расслабиться.

Но передо мной стояла ещё одна не выполненная задача. Я чуть было не забыл, в этой организационной суматохе, пригласить в музей на открытие экспозиции сослуживцев отца, и хотя я знал что в городе остались только вдовы и дети, те кто мне помогал вести розыск фотографий и я решил их всех обзвонить.

Встречу я назначал на следующий день, но из тех до кого я дозвонился, никто мне твёрдо не пообещал что придут из за состояния здоровья, но возможно разыщат кого-нибудь из тех ветеранов, кто ныне по прежнему живёт в городе.