Броманс. Все секреты книжного клуба

Алексис встала и обошла свой маленький стол. Ее улыбка казалась вымученной.

– А я дам тебе знать, если услышу о вакансиях, – сказала она, крепко обнимая Лив.

Лив выскользнула через заднюю дверь и обошла все здание, чтобы вернуться к машине. Но не уехала сразу, а сидела несколько долгих минут, глядя в пространство, обдумывая следующий шаг. Порой ты действуешь, не задумываясь. Алексис задела больное место, хотя, конечно, сделала это ненамеренно. Лив усердно работала над собой, чтобы оставить в прошлом поступки беспутной юности.

К сожалению, любимая бабушка не дожила до того дня, когда внучке вручили диплом кулинарной школы. Но Лив любила представлять, что бабуля все еще где-то рядом, приглядывает за ней сверху, испытывая гордость за то, что ей удалось направить Лив на правильный путь, пока не стало слишком поздно. Без бабушки Лив не взяла бы себя в руки вовремя и даже не окончила бы старшие классы. И конечно, без Теи.

Способен ли человек вообще искупить свои прошлые ошибки? Настанет ли такой момент у Лив? Почувствует ли она однажды, что была достойна всех хлопот?

Лив вставила ключ в замок зажигания, дождалась просвета в плотном потоке машин и выехала с парковки.

Она не сдастся без боя. Ройсу не сойдет это с рук. Но прежде чем заняться самим Ройсом, нужно вытащить оттуда Джессику. Если Алексис не может ее нанять, то Лив знает человека, который сможет.

Чертов Брейден Мак.

Клуб «Темпл» считался одним из самых шикарных танцевальных клубов Нэшвилла, но в середине дня он напоминал темную пустую гробницу с тем же запахом прокисшего пива и потерянных надежд, что висел над каждым баром на этой улице.

Каблуки ботинок Лив гулко простучали по деревянному полу.

– Мы открываемся в четыре, – бросила женщина за барной стойкой, не подняв головы. Ее ярко-фиолетовая лохматая прическа и уверенная манера себя держать восхитили бы Лив при других обстоятельствах.

Лив подошла ближе.

– Я – Лив. Ищу Мака.

– Его здесь нет. – Женщина все еще не смотрела на нее.

– А где он? – спросила Лив, усаживаясь на табурет.

Женщина подняла глаза, одна ее бровь, украшенная колечком, изогнулась над ярко-зелеными тенями для век.

– Здесь его нет, а где он – не ваше дело.

– Видите ли, это мое дело, потому что мне надо с ним поговорить.

– Как остальным женщинам Нэшвилла. Встаньте в очередь.

Лив изобразила рвотные позывы.

– Прекратите. У меня чувствительный желудок.

Женщина вдруг усмехнулась.