Изменяя космос

Впрочем, вряд ли наши далекие предки пропиливали скалы. Да и был ли смысл выдалбливать ровные ходы в прочной породе, если природа сама позаботилась о живописных тоннелях и залах? Оставалось только украсить.

Но внезапно рисунки закончились. Я прошла вперед – гладкие голые стены. Вернулась к месту, где изображения обрывались. Руки сами потянулись к петроглифам. Шершавые углубления. Полумесяцы плотными рядами. Прямоугольники с ровными кругами, словно счетная матрица. А вот последний квадрат казался приклеенным сверху большим зеркалом.

Фонарь отражался в глянцевой поверхности. Неужели так отполировали?

Но в его верхнем левом углу обнаружился небольшой изъян – овальный шершавый участок. Я провела ладонью по блестящему четырехугольнику, уделив внимание пятну. Неожиданно, поняла, что поранилась. Капля крови осталась на камне. Надрез на указательном пальце защипало. Приблизила фонарь к неровности, изменив угол зрения. Вдруг там какое-то вкрапление кварца? Или алмазная крошка? Ну а что, как найдет странноватая студентка худграфа кимберлитовую трубку!

Но произошло нечто совершенно неожиданное! Впереди на стыке стен и пола загорелись красные диоды! Дорожка из огоньков убегала вглубь.

Вот тут-то и затаился в груди червячок сомнений. Никакие, даже самые смелые, фантазии не могли подготовить к подобному финалу исследования наскальной живописи!

Я приблизила фонарик к красным точкам. Ощупала. Вмонтированы в породу.

И их было бы не видно, если бы не яркое свечение! Но разве могла природа создать настолько ровную строчку?

Повернуть назад – вот единственное правильное и разумное решение, которое я безапелляционно отмела. Ведь желание узнать, куда ведут огоньки, перевесило. Чуть поколебавшись, скорее для очистки совести, отправилась вперед. Тем более, заблудиться теперь не получиться.

Коридор многократно разветвлялся. То спускался геометрическими выступами вниз.

Но я шла за диодами. Стены блестели все сильнее, пугая отражениями. Время остановилось или неслось с огромной скоростью. Но я отмахивалась от странностей восприятия, как от назойливой мухи. Завороженная красными точками, я двигалась до тех пор, пока не уперлась в тупик. Впереди был изображен человек вниз головой. Его ноги широко раскинулись на уровне моего лица. Руки торчали в стороны в форме звезды.

Я похлопала по контуру. Огляделась.