Дэвид – неудавшийся эксперимент

Ведь эти повстанцы – как тараканы, новые технологии, в которых мы не успеваем разбираться, постоянно проблемы.

– Что он тебе сказал?

– Ничего. Тарелку за собой не убрал. Это был край. Пока я стараюсь, чтобы он жил в своем доме, учился в хорошей школе, из шкуры вылажу, чтоб он был лучше других, даже не уберет за собой, в мое отсутствие даже дерево не польет.

– Понятно. Пойдешь к нашему психологу. Вам потом еще жить вместе.

– Я не уверен, что смогу.

– Что? Поход к психологу или проживание вместе? До 18 лет это твоя обязанность.

– Хм… я хотел спросить – я его сильно… того…

– Посильнее, чем повстанцев. Карту можешь у врача посмотреть, да и вообще зайти. Кости срослись, шрамы вроде тоже. Но ты ему внутренности отбил, со знанием дела и голову. Врачи боятся, что зрение может упасть и гемодиализ пожизненно.

Нолан закусил себе пальцы, чтобы не заорать.

– Что я могу еще сделать?

– Ничего. Разве что помириться. Больница непрезентабельная, но оборудована лучшей техникой.

Внутри выглядит не лучшим образом, но лечение он получает по высшему уровню, хотя, может быть и не так гламурно, как тебе казалось – палата на одного, медсестры в коротких халатах и без белья и подобное.

– Я понял, куда ты его засунул.

– Тут надо в Японии помочь. Разберешься?

– Да. Мне на него посмотреть можно?

– Можно.

Дэвид проснулся от того, что его кто-то держал за руку. Он вздрогнул, попытался рассмотреть человека и поняв, что это отец, вздрогнул опять.

Отец гладил его руку.

– Зажила, как новая – все, что нашелся сказать Нолан.

Дэвид, забрал свою руку и засунул под одеяло.

– Ты меня видишь?

– С трудом

– Приеду – ласик сделаем.

– Ты надолго?

– Не знаю, как получится. Что-нибудь привезти?

– Нет.

– Дэйв, Дэви, послушай меня – я сорвался. Прости меня. Не сейчас, когда-нибудь, может быть. Я согласился сходить к нашему психологу. Не надо меня бояться. Я… я не знаю, что на меня нашло. Прости, если сможешь.

– Ты куда меня засунул?

– Это не элитный госпиталь, но среди них – лучший. Он погладил сына по голове – Если хочешь, можешь дальше отращивать.

– Чтоб удобней бить было?

– Нет. Потому что ты красивый мальчик. Не решил еще куда пойдешь работать?

– Нет, если вообще куда-нибудь возьмут.

– Выздоровеешь, потом поговорим. Нолан взглянул на часы – мне пора. До встречи. Он наклонился и быстро поцеловал сына в щеку и вышел.