Предательство во спасение

– Не хочешь исполнить долг перед родиной?

– Родить ребенка? От кого?

– В тюрьмах есть весьма неплохие, по договору…

– Сначала нужна генетическая совместимость, плюс заплатить за ее пребывание, скажем так, отдельно. А потом что я с этим ребенком делать буду? Продать на усыновление?

– Зато потом не надо бояться, что кто-то залетит от тебя случайно.

– И подцепить какую-нибудь заразу?

– Ты странный человек. Прижигаешь руку сигаретой, чтоб получить секунду наслаждения и боишься подцепить инфекцию.

– Пойдем, посмотрим, что новенького по поводу взрыва?

Он встал с кровати, застегнул рукав и пошел в кабинет.

На большом экране, занимая его четвертую часть, показывали проект взрыва. На другой части показали девушку, которая забежала в поезд и быстро вышла. На нее уже шли данные.

– Выросла в приемной семье, родители в трудовом лагере. Умерли. Учится в институте, будущая профессия связана с физикой атомного двигателя.

– Странная профессия для девушки.

– Подозреваемую привезли.

– Пусть посидит пока в кабинете.

– Дарий, ты что-то задумал?

– Ага. Кори, бери помощников и детектор и наблюдайте за ней, потом расскажешь.

Он пошел в допросную комнату. Медленно вошел, перевернул стул спинкой к столу, уселся на него и сложил руки перед собой.

– По какому праву…

– Тебя как зовут?

– Вы же все знаете.

– Это протокол.

– Сара Уильямс.

– Хорошо. Я Дарий Грей, глава разведки.

– Ой мамочки….

– Я не люблю, когда плачут. Тогда с тобой придут разговаривать другие люди.

Девушка закивала головой.

– Я понимаю… да…

– А раз понимаешь, у меня к тебе один маленький вопросик – почему ты не поехала на этом поезде, а сразу выскочила.

Девчонка покраснела, Дарий дал ей 30 секунд, за это время он успел поднять рукава к локтям и положил голову на сложенные руки.

– Ну?

– Там не было вас.

– А с чего ты взяла, что я там буду? Я никогда не езжу в первом вагоне.

– Что у вас с руками?

– Пытали. Ну так как?

– Я хочу домой – заревела девушка.

– Ты пойдешь домой, только сначала скажи мне – кто рассказал на каком поезде и в каком вагоне я езжу на работу, причем по понедельникам.

Дарий вздохнул. Поглядел на затемненное окно и вышел в дверь.

– Ну что?

– Врет и изворачивается – сам понял.

– Ага.

– Пошли к ней кого-нибудь – пусть потрясет малость, еще на генотип анализы возьмите.

– Зачем?

– Решил последовать твоему совету. Что это меняет – собственно ничего, лишний год жизни. Пошли поедим.