Сон «Катрины»

Начиная со второго этажа, в зданиях находились всевозможные конторы, из которых непрерывно доносился перестук клавиш тысяч печатных машинок и шорох перебираемых бумаг. А на самых верхних этажах, в верхнем городе, жили обитатели Мегаполиса.

Верхний город жил своей размеренной и спокойной жизнью, ведь вся работа кипела далеко внизу. Его объединяла паутина автоматизированных мостов, которые могли перемещаться от одного здания к другому, со скрипом передвигаясь по расположенным на стенах или внутри них, в прорезях, рельсам.

Такие мосты были только на самых верхних ярусах. А те, что располагались ниже, оставались неподвижными. Они являлись частью самих зданий. Такие широкие, что по ним с лёгкостью могли рассекать автомобили, эти мосты были местом прогулок и встреч. Предприимчивые владельцы маленьких кофеен приспособили мосты под летние веранды, устанавливая лёгкие плетёные кресла вокруг небольших изящных столиков.

Но главной гордостью верхнего города являлись сады, парки, оранжереи и аллеи, также обустроенные на самых широких мостах.

Сады раскинулись на открытых мостах. Вишнёвые деревья, яблони, кусты жасмина и сирени, разбитые прямо на узких лужайках цветники – всё это приятно радовало не только бесконечных приезжих, но и самих обитателей Мегаполиса. В стеклянных галереях крытых мостов были обустроены оранжереи с редкими видами растений и экзотическими цветами. Здесь обитали некрупные пестрые птицы, и даже многочисленные разноцветные бабочки. Но главной достопримечательностью Мегаполиса являлся центральный парк. Здесь, в самом сердце верхнего города, на крыше единственного здания без шпиля, сходились в одну точку сразу семь самых крупных мостов. Все они соединялись между собой мостиками гораздо меньших размеров. Этот удивительный парк, засаженный невысокими деревьями и кустарниками, был настоящим оазисом среди огромного автоматизированного города. С узких прогулочных галерей, находившихся на стенах соседних зданий, и расположенных выше уровня парка, этот оазис принимал вид живописной зелёной паутины, растянувшейся между громадными колоссами человеческих жилищ. Но ещё более впечатляющий вид открывался со смотровых площадок на шпилях, откуда в безоблачную погоду верхний город был виден как на ладони. Благодаря этой прекрасной картине парк и получил название "Живое сердце".

Нижнюю же часть Мегаполиса скрывала плотная пелена смога, отчего создавалось впечатление, будто здания парили в воздухе, не касаясь земли.