Восхитительная черная роза

Зачем тебе мое расположение? Если ты жаждешь исцеления, я сделала все, что могла. И ради этого не было обязательно…

Геселин поднялась плавным змеиным движением.

– У всех нас троих – одна цель, даже если ты еще этого не уразумела. И нам нужно быть убежденными что мы не всадим друг другу в спину нож. Ты платишь Грейсону, и это дает тебе немного уверенности в нем. А что остается мне? Я больше не доверяю силе своей красоты. Вот поэтому я хочу снять заклятие Айнара. Избавиться от этой дурацкой привлекательности и родить ребенка.

Только ребенок будет тебя по-настоящему любить, мужчины – нет, никогда. Они называют это любовью, для них любовь – это похоть и жадность. Они хотят обладать тобой, но это все, ничего более в их мыслях нет.

– Ты так мудро говоришь… – Мидж восхищенно покачала головой.

– О нет, я не мудра. – Геселин со смешком махнула рукой. – Я знаю, где прячется истинное знание, я касалась его, образно говоря, кончиком пальца, но протянуть руку и схватить его целиком мне страшно. Это переменит всю мою жизнь, возможно, в ней будет меньше радостей – еще меньше, ты понимаешь? А я хочу немного сладкой лжи для моего маленького израненного сердечка, оно это заслужило.

Вдруг Геселин шагнула к Мидж и, покачав головой, вполголоса произнесла:

– Но ты права, я знаю об этой жизни и ее хитростях много больше тебя. Хотя страдаю меньше. Я сочувствую тебе – ты похожа на меня прежнюю. Я бы хотела, чтобы и ты переросла это состояние.

Мидж покачала головой, глядя в пол.

– Ты ошибаешься.

Айнар…

– Не сейчас. – Геселин упреждающе махнула рукой. – Подозреваю, что ты можешь сказать. Разлюби его, девочка, я знаю этого человека. Ищи его не для этого.

– Я и… и не… – Мидж тряхнула волосами. – Он сказал, что все кончено, и я это знаю. Я приняла это.

– Так переспи с кем-нибудь! Попробуй соблазнить Грейсона, например. – Аристократка прыснула в кулак. – Нет смысла хранить верность, лапочка, все равно ни один мужчина в эти игры моногамности не играет. Тем более, если, как говоришь, между тобой и Айнаром все кончено.

– Я не хочу размениваться по пустякам. У меня есть цель, которой ничто не должно помешать. Любовь только все осложнит.

– А кто говорит о любви?

Геселин подалась вперед, ухмыляясь:

– Тебе надо бы не зажиматься как раз, а начать бесстыдно трахаться. Пойми, до тех пор, пока ты преподносишь мужику свое тело как подарок, он будет воспринимать тебя, как вещь. Относись к ним так же – как к предметам, приносящим удовольствие.