Страшно только в первый раз

Петр кое-как сел на койке, взъерошил волосы. Свет, пробивающийся под дверью из коридора, неожиданно заслонила тень. Уролог нервничал, ожидая его, вышагивал туда-сюда. Петр решил не испытывать его терпения, быстро надел трико и вышел.

– Я слышал, ты из нас – самый соображающий в этих делах…

– В каких делах? – не понял щурящийся от неонового света Фролов. – И от кого ты мог это слышать?

– Это не важно, – оборвал его Энтони, – просыпайся скорее. Тут такое творится, мама, не горюй! Только спокойно, без ненужных рефлексов.

Короче, Ингу эту, похоже, прикончили…

– Что?! – Петр схватил уролога за майку, в которой тот был, и закричал, не обращая внимания на все предупреждения Сбитнева: – Повтори! Повтори, что ты сказал!

Тот без труда высвободился из рук Петра и зажал ему рот:

– Я же сказал, без рефлексов!

От ладони, зажавшей рот Петру, почему-то пахло гипсом. Словно уролог только что занимался не свойственным ему делом – гипсовой иммобилизацией переломанных конечностей.

Когда доктор немного вышел из шока, они направились в комнату Инги, которую, насколько Петр помнил, она делила с Олесей Пресницкой.

– Я решил ее наказать, понимаешь… За вчерашние слова… Ну, ты помнишь нашу перепалку насчет вегетарианства и прочей ерунды… Как когда-то в лагере, хотел вымазать ее зубной пастой. Прикольно бы получилось.

– Ты ничего лучше не придумал? – строго спросил Петр, останавливаясь возле комнаты Инги. – Все еще детство в заднице играет?

– Ну, извини, хотел отомстить, если хочешь.

Это наш с ней блудняк, ты в него не лезь… Кстати! – уролог взглянул на дверь, которую Петр собирался открыть. – Инги там нет, ее труп лежит в другой комнате.

Петра передернуло от услышанного, он застыл на мгновение, не зная, что ему дальше делать.

– И где же… эта комната? Ведь Инга здесь поселилась вместе с Олесей Пресницкой, так? Говори, не тяни!

– Я тоже так сначала подумал, но, когда подходил, наткнулся на Пресницкую, она и сказала мне, что Инга в этой комнате не ночевала.

Я потом заглянул для полного спокойствия, уточнил. Пойдем, мне Пресницкая показала, где…

– Так, может, ты ее и того? – предположил Петр, направляясь за урологом. – Вы вчера шикарно лаялись за столом, многие это слышали. Мне было бы обидно, окажись я на твоем месте.

Уролог остановился, Петр чуть не налетел на него.

– Это что, шутка такая? Я смеяться должен?

– Не должен, – уточнил Петр. – Задуматься ты должен. Ладно, давай, показывай, где ты ее обнаружил.