Принцесса и Дракон

Конечно, проще заочно осуждать, не зная истинных доводов противника, толкающих его на те или иные поступки. Ведь когда знаешь и понимаешь, судить человека гораздо труднее, – на самом деле Ламерти нисколько не занимало оправдание якобинских идей в глазах Эмильенны. Он лишь хотел похвастаться перед товарищами красивой любовницей. Однако, как он и ожидал, замечание его попало в цель.

– Что ж, возможно вы правы. Я пойду с вами, хотя бы ради простого любопытства. Кроме того, это ведь даст мне новую возможность выйти из дома.

– Мы поедем в экипаже

– Как вам будет угодно, – на этом разговор закончился и молодые люди разошлись.

Эмильенна благодарила Бога за милосердие, за то, что Арман вернулся к прежнему своему стилю общения с ней. Робкие ростки начинающейся дружбы и доверия были выдернуты с корнем после вчерашнего, но, возможно, это и к лучшему. Что может принести дружба такого человека? Как она вообще возможна? Нет уж, лучше пусть все остается как есть. Хотя надежды на это не так уж много.

Вечером, в открытом экипаже они отправились на собрание клуба. Оно проходило в реквизированном особняке одного из бывших аристократов. В просторном помещении, раньше вероятно служившем бальным залом, было тесно, шумно и душно. В разномастной волнующейся толпе были и изысканные щеголи, продолжавшие подобно Ламерти, подчеркивать свой статус даже после того, как он был объявлен ничтожным; были и простолюдины, кичащиеся тем, что революция вознесла их на вершину жизни из клоак, где они прозябали; присутствовали также люди, происхождение и состояние которых было сложно определить.

Эмильенна разглядывала лица: в глазах одних пылал священный фанатичный огонь, другие тщетно пытались изобразить, что хоть отчасти понимают, о чем идет речь, третьи, к которым можно было причислить и ее спутника, сидели со скучающими, равнодушными лицами. Даже когда Ламерти вмешался в обсуждение, лицо его продолжало оставаться бесстрастным, хотя слова он подбирал с большим умением и удерживал внимание аудитории, насколько это вообще было возможно в таком хаосе.

Эмили, однако, не слушала и не слышала, о чем он говорит. Вряд ли она способна была думать о чем-то, кроме того, что в разгаре своей речи Арман отошел далеко от нее и совсем ее не замечает. Вот он – шанс на спасение, путь, предлагаемый Господом! Вряд ли будет еще такая возможность. Девушка лихорадочно начала протискиваться к выходу.