Игра Бродяг

– У тебя красные глаза. Слышала их голоса ночью?

Наёмница старательно сделала вид, что не понимает, о чем он.

– Чьи голоса? – невинно осведомилась она.

– Призраков.

– Так это были призраки? – выпалила она в ужасе. Ничего более глупого она сделать не могла.

Человечек, казалось, не обратил внимание на ее самообличительную реакцию.

– Да. Призраки камней, – он сжал губы. Затем посмотрел ей в глаза. Наёмнице было жутко под его непроницаемым взглядом, но какое-то время она терпела. Потом все-таки уставилась в землю.

– Что такое призраки камней?

– Камни бесчувственны, – продолжил Чёрный Человечек.

«Когда ж наконец небо сжалится и пошлет мне того, кто отвечает на вопросы прямо?» – мысленно простонала Наёмница.

– Однако есть воспоминания, которые даже камни не могут хранить без боли. Они бы кровоточили, если бы только могли. Иногда они пытаются рассказать о переполняющем их страдании. Высказать все и, наконец, освободиться. Но здесь их некому слушать, – Человечек смотрел на нее с легкой насмешкой.

«Наверное, Вогту бы он понравился, – подумала вдруг Наёмница. – Хотя Вогту все нравятся».

– Старый колдун не всегда был жесток – разве что в тех случаях, когда ярость захлестывала его разум… а это случалось довольно часто. Его сыновья были тихи, послушны, нерешительны порознь и хулиганы вместе. Поэтому они старались никогда не разлучаться.

– Старый колдун? То есть отец того Колдуна, что правит замком сейчас? – догадалась Наёмница.

– Выходки детей сердили отца, но мать заслоняла их от его ярости.

Однажды, в очередной раз поддавшись гневу, грозный муж убил ее. Он не хотел этого, но в его голове пылал огонь, который всегда легко разгорался и медленно гас. Все его могущество не помогло ему воскресить жену. Ему осталось только похоронить ее с честью, что он и сделал, и с тех пор стал постоянно угрюм и мрачен. Все чаще сыновья сердили его, хотя после смерти матери и утратили свою бойкость. Когда одному из них исполнилось семнадцать, а другому шестнадцать лет, они решились умертвить отца. Они убили его, когда он спал, и плакали после этого, но не сожалели о своем решении, потому что больше не могли терпеть его злобу.

Наёмница смотрела на Человечка во все глаза. Почему он рассказывает ей об этом?

– Разве это не то, что ты должна знать? – спросил Человечек.

Она не знала, что должна знать. Но ей очень хотелось бы, чтобы люди перестали отвечать ей до момента, когда она выскажет мысли вслух. А то как-то неуютно.