Живая

Зоя вздохнула и отвернулась от голубого экрана: все равно ей ничего не было понятно. Поднялась, походила немного по комнате, не зная, чем занять себя. Недолго посмотрела в окно, отодвинув тюлевую занавеску.

– Можно? – наконец спросила девушка, подойдя к книжному шкафу, доверху забитому всевозможными печатными изданиями – книги подпирали журналы и стопки газет, сквозь вылетевшее стекло одной из дверец с полок топорщились истрепанные желтые края бумаги. Айкен равнодушно кивнул.

Зоя начала тщательно инспектировать корешки книг, поднимаясь взглядом от нижних полок к верхним.

В основном, ей на глаза попадалась классика литературы, как американской, так и английской, а также Сервантес, Лопе де Вега, Толстой и собрание сочинений Анн и Серж Голон. Книги последних заинтересовали девушку больше прочих. Зоя взяла один томик в руки и задумчиво полистала.

– Не думала, что ты читаешь такое.

– Я и не читаю. – Пожал плечами Айкен, не отрывая взгляда от телевизора. – Просто книжка пылится.

Это был подарок от одной… особы.

– Вот как? Поня-я-ятно. Та особа – уж не была ли она похожа на Анжелику? – Девушка лукаво улыбнулась, но молодой человек не ответил на провокацию. Вздохнув, Зоя раскрыла книгу на середине, вчиталась:

Анжелика и граф молчали. Они долго сидели в тишине. Потом, когда он, скрывая свое нетерпение, привлек ее к себе, она шепотом спросила:

– Почему вы не улыбаетесь? Вы все еще сердитесь? Клянусь вам, я не виновата в этом.

– Знаю, дорогая.

Он глубоко вздохнул и продолжал глухим голосом:

– Не могу сейчас улыбаться, слишком долго я ждал этой минуты, и сейчас мне больно от счастья. Ни одну женщину я никогда не любил так, как тебя, Анжелика, и мне кажется, что я любил тебя еще до того, как узнал.

– Какая глу…

Зоя вздохнула и, захлопнув книгу, потянулась уже было, чтобы вернуть томик на полку, как вдруг замерла, на полуслове и полудвижении. Айкен резко повернулся. Но в следующий же миг книга плавно встала на свое место меж «Анной Карениной» и вторым томом «Анжелики».

– Не бери в голову. Просто прикусила себе язык, – отчего-то раздраженно бросила Зоя и пошла на кухню. Там она закурила и несколько минут стояла, не вдыхая и не выдыхая дым, только стискивая сигарету зубами и нервно дыша через нос, размышляя.

Кто тот светловолосый мужчина, что возник у нее перед мысленным взором, стоило захлопнуть книгу? И почему так защемило в груди?..