Живая

Может быть, это даже одно и то же лицо? Искусно пользующееся моей потерей памяти…

– Нет, – жестко оборвала ее Кларисса. – Как рассказать тебе больше? Ты не доверяешь мне, милая, сочтешь, что я лгу. У тебя с самого начала был непростой характер, но за последнее столетие он значительно ухудшился. Так что тебе придется все вспоминать самостоятельно.

– Что ж, я и не надеялась. Но дай мне хотя бы нить, по которой я смогу вести свою память!

Зоя вздохнула. Тяжелый, горячий воздух холостяцкой квартиры щекотал ее ноздри.

Девушка подумала, что теперь, когда она стала жить вместе с Айкеном, запах его жилища должен был измениться. Хотя бы немного. Разве не так говорят? Женщина в доме все в нем меняет, даже и ненамеренно.

В столбе льющегося из окна солнечного света танцевали пылинки. Кларисса пересела с угла журнального столика на диван, и очарование, сковавшее Зою, исчезло.

– Ты наверняка слышала это предание, – сказала женщина, снова глубоко затягиваясь и небрежно стряхивая пепел прямо на пол. – О Сверкающей стране внутри холмов-сидов, о двух Дворах.

Благом и Неблагом.

Кларисса бросила окурок на паркет и прижала его каблуком, туша. Но Зоя, вся обратившаяся в слух, этого даже не заметила. Она не то чтобы начала вспоминать, но в ее душе что-то затрепетало в преддверии – или иллюзии – узнавания.

– И многие века назад произошла очередная смена власти. На несколько лет правление захватили в свои руки мятежники, но удержаться, так сказать, у руля они не смогли и вскоре были свергнуты.

Вместо них на престолы Дворов взошли юные принцы Натаниэль и Габриэль. Если проводить понятные для людей временные параллели, им на тот момент было не больше четырнадцати лет. Тогда Дворы еще не оказали на них большого влияния, не изменили характеры, но они оба были рождены в Неблагом. И покинувший его Натаниэль привык нередко действовать соответствующе.

Кларисса замолчала, перекатывая в пальцах мундштук. Затем пристально посмотрела на Зою.

– Ты ведь знаешь, что было дальше.

– Да, – озадаченно протянула та.

 – Я слышала эту легенду, хоть никогда и не соотносила ее с собой. Не в силах вынести разлуку, братья создали куклу, которая могла бы беспрепятственно пересекать границы Дворов и носить им весточки друг о друге. Они были очень дружны и преданны друг другу.

Кларисса кивнула.

– Да. Поэтому она должна была иметь в себе частичку и Благого, и Неблагого дворов, – при этих словах женщина коснулась сначала груди, затем переносицы девушки.