Камень ангела

Людей судили по тому, посещают они церковь или нет, и выказывают ли достаточно набожности во время службы. В церкви они будут на виду у правителей города: членов городского магистрата, церковного старосты и констеблей. Если они пойдут в церковь, то больше не смогут притворяться, будто они остановились здесь лишь на время.

Но не посещать церковь – это грех и преступление. И это преступление – измена, ибо с тех пор, как прежний король ввел новую Церковь, те, кто не ходил на службы, считались виновными в измене. Наказывали штрафами, а тех, кто не мог заплатить штраф, секли.

И если они по-прежнему отказывались ходить в церковь, их могли посадить в тюрьму Нью-Флит, конфисковать все имущество, бить и морить голодом до тех пор, пока они не согласятся принять причастие.

– Ведь ты же не папистка? – шепотом спросила Сьюзен у Мари, но та покачала головой.

– У меня нет никакого вероисповедания, – ответила она.

Сьюзен как-то странно на нее взглянула, но сказала лишь:

– Значит, для тебя это не имеет значения.

Саймон не знал, откажется ли его мать идти в церковь, но надеялся, потому что ему хотелось уйти из города.

– Да, мы пойдем, – сказала она, кивая с таким видом, как будто приняла какое-то важное решение.

Она взглянула на Саймона и улыбнулась. Они быстро вернутся, сказала она ему, потому что воскресенье – самый напряженный день в трактире, после церкви всем хочется эля. С этими словами она сняла передник и с решительным видом подвязала волосы шарфом. Ей явно не хотелось, чтобы Саймон прочитал ее мысли.

В восемь часов зазвонили церковные колокола, и все люди города – по двое, трое, а потом все большими группами – начали стекаться с Динз-гейт, Тоуд-лейн, Уити-гроув, Маркет-Стад-лейн и Смити-дор к большой церкви. Служба в церкви идет весь день, сказала Сьюзен, потому что в городе более трех тысяч человек, и, как бы ни была велика церковь, она не может вместить всех. У ворот те, что победнее, ожидали, пока пройдут богатые: лорды Мосли и Рэдклифф с многочисленными домочадцами; Эрл Дерби, прибывший из своего дома в Аль-порт-парк; сэр Сэмюэль и леди Типпингз и ее большая семья; Ральф Хальм – со своей.

Затем шли горожане и должностные лица города, за ними – богатые торговцы шерстью и полотном, у каждого из которых была своя собственная скамья в церкви; потом купцы, лавочники и трактирщики. Миссис Баттеруорт шла в самом хвосте трактирщиков, за ней следовали Сьюзен и Мари, а Саймон плелся за ними в шерстяной куртке и башмаках на деревянной подошве.