Маленький красный дом

Вспышка узнавания, прежде чем глаза потемнели до щелочек.

– Да, и что?

– Где она?

– Откуда мне знать? – буркнул парень.

– Ты был тем человеком, которого в последний раз видели с ней.

Антонио взглянул на Майка, прежде чем положить нож обратно в футляр. Он неторопливо складывал тряпку для полировки – и лишь для того, чтобы оставить ее лежать на прилавке.

– Копы уже говорили со мной. Я понятия не имею, куда сбежала Келси.

– Но ты признаёшь, что встречался с ней?

– Да, конечно.

 – Он взглянул на Майка, пожав плечами. – И что?

Ева обратила свое внимание на Майка.

– Есть ли здесь офис или какое-нибудь другое место, где я могла бы поговорить с Антонио несколько минут с глазу на глаз?

Она вытащила из сумочки стодолларовую купюру и положила ее на прилавок. Та исчезла прежде, чем она смогла сказать что-то еще.

– Туда, – указал Майк на кабинет в задней части магазина. – Десять минут.

Антонио уставился на него, но Майк был занят тем, что вытаскивал коробки из-под прилавка.

Ева не стала ждать. Она протиснулась мимо стойки с кожаными кепками и вошла в тесный офис в форме куба. Антонио последовал за ней.

– Закрой дверь и сядь.

Когда Антонио устроился на стуле, Ева присела на край стола, так что ему пришлось смотреть ей в лицо.

– Ты знал, что я приду?

– Мне позвонила мать.

– Ну разумеется. Держу пари, она все еще готовит тебе обед. – Ева наклонилась и хлопнула ладонью по столешнице, напугав его.

 – Что ты сделал с моей дочерью, Антонио?

– Ничего.

– Вы были вместе, а потом она пропала.

– Я уже все сказал копам. Мы встречались четыре, может быть, пять раз. – Он пытался отвести взгляд от Евы. – Она стала беспокойной, и мы разошлись. Вот и все.

– Ты спал с ней?

Антонио резко дернулся.

– Я не стану отвечать.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать два.

Ева постучала остроносой туфлей по линолеуму.

– Спать с несовершеннолетней – уголовное преступление.

– Келси не была несовершеннолетней, – возразил парень.

– Не была? – Ева подняла брови. – Еще как была. Ей всего шестнадцать.

– Дерьмо. – На лбу Антонио выступили капельки пота. Его левое колено начало подниматься и опускаться. – Она сказала мне, что ей двадцать один. Она выглядела… то есть выглядит… старше. – Он сглотнул. – Хотя и шестнадцать вроде бы законно в Нью-Мехико.

– Законно? Может, да, а может, и нет. Малолетка, в любом случае.