Маленький красный дом

Как бы сильно я ни ненавидела Еву, я кое-чему научилась у нее, и я смотрела на мужчин – почти на всех мужчин – с тем же осторожным прагматизмом, который я приберегала для больших собак и черных медведей. Если они не служили какой-то определенной цели, я восхищалась ими на расстоянии.

Я хотела, чтобы Джет убрался из моей собственности. Он был осложняющим фактором, на который я не рассчитывала и на который не соглашалась. Именно это я ему и сказала.

– Так позвони адвокату. Спроси. Боюсь, ты обречена на мое общество.

По крайней мере пока. – Он взял пакет со льдом из моей руки и приложил его к моей голове. – Спрашиваю еще раз, Констанс. Что ты искала в моей мастерской?

– Ничего.

– Оливер сказал, что ты что-то вынюхивала.

– Я увидела люк на полу. Мне было любопытно узнать, что там.

– Это просто погреб. Я использую его для хранения химикатов.

Мой затуманенный разум вернулся к кружевным пятнам.

– А деревянный пол – он старый?

– Такой же старый, как дом, полагаю.

Накатила еще одна волна дурноты, и, чтобы превозмочь ее, я спрятала голову между ног.

С закрытыми глазами я представила пол сарая, красновато-коричневые пятна-узоры, разбросанные по деревянным доскам. Как вентиляторы с пятью лопастями. Как вертушки.

– Констанс, ты в порядке? У тебя, вероятно, сотрясение мозга. Констанс?

Нет, не вентиляторы. Не вертушки. Маленькие красные…

– Констанс?

Как… руки. С нарастающим ужасом я поняла, что увидела. Отпечатки ладоней. Жуткая картина, нарисованная пальцами, запечатленная для потомков на полу сарая Евы.

* * *

Смотритель снабдил меня ведром, щеткой и каким-то чистящим раствором. Я поблагодарила его, хотя после того, как поняла, что это за узор на полу мастерской, мне было трудно смотреть ему в глаза. Но если это и отпечатки рук, то они старые – по крайней мере, так я сказала себе. Джет не мог иметь никакого отношения к тому, что когда-то произошло сарае.

Джет, человек, который имел постоянный доступ к моей собственности.

Человек, о котором я ничего не знала.

«Может быть, мне все это мерещится? – подумала я. – Может быть, это были не отпечатки ладоней? Или не кровь, если уж на то пошло. Это могла быть краска или морилка для дерева. Надо сохранять спокойствие. Я в безопасности».

Так ведь?

Пока я мыла полы, стены и окна, я думала о баре «Хижина Джека» и о женщине по имени Эми, которую я встретила прошлой ночью. Две мертвые девушки за четыре месяца.